– Я слушаю, – отозвался он, стараясь, чтобы в голосе не промелькнуло этих постыдных страхов, мигом забравшихся в душу. И сосредоточенный и немного будто бы виноватый Лилин вид только подливал масло в огонь.
– Давай никуда не пойдем, – проговорила она и сама не заметила, как сжала его руку в подступившем волнении. – У меня, правда, не наряжена елка, нет еды и сломан кран, а у тебя может быть куча важных дел, которые необходимо разгрести до вечера…
Лиля совершенно не умела уговаривать и, тем более, упрашивать – собственно, когда-то это стало одной из причин развода. Бывший муж жаждал видеть ее жалкой и униженной, когда выговаривал о ее несовершенстве, а Лиля гордо задирала подбородок и молчала, не умея договариваться с гордостью и не принимая этой его прихоти. Наверное, прояви она когда-то понимание – и не было бы этих тринадцати лет мытарств и неверия, но Лиля ни разу не жалела о своем выборе.
Вот только сейчас незыблемые принципы ничуть ей не помогали. И Лиля до боли в груди боялась, что Саша ее не поймет.
– У меня нет ни одного важного дела, – улыбнулся он и уже почти привычно поднес ее пальцы к губам. – И я обожаю наряжать елку, чинить краны и стругать салаты. В любой последовательности.
Она хлопнула глазами, убеждаясь, что не ослышалась, но он продолжал смотреть на нее весело и при этом так довольно, что все сомнения тут же отпали. Лиля потянулась к нему и прижалась губами к гладковыбритой щеке.
– Ты просто уникальный мужчина, – шепнула она. – Я думала, таких и на свете не бывает.
Александр покачал головой и покрепче прижал ее к себе. Кажется, торопиться теперь было незачем.
– Я просто хочу наряжать с тобой елку, Лиль, – куда сентиментальнее, чем хотелось бы, проговорил он. Ну да бог с ним: с ней нельзя было хитрить и притворяться. – Ничего более замечательного тридцать первого декабря со мной не могло и случиться.
Она тихонько вздохнула у него под боком, стараясь раньше времени не выдать разом одолевшие фантазии. Но образ Александра – в одних джинсах, с обнаженным торсом собирающего ее двухметровую, еще отцовскую елку – слишком нагло вторгся в голову, чтобы Лиля сумела удержать широкую улыбку и заколотившееся сердце.
– Я буду все время к тебе приставать, – что-то совсем уже нелепое сообщила она, но он даже и не подумал рассмеяться и укорить ее в ребячестве. – И тебе придется возиться со мной до самой полуночи.
Показалось – или он действительно коротко и немного растроганно вздохнул? А от его тела снова полыхнуло жаром.
– Ты, кажется, рассчитываешь меня напугать, – усмехнулся он и погладил ее по растрепанным волосам. – А у меня для тебя куда более серьезное испытание. Каждое утро первого января я хожу в лес на лыжах. И если ты уснешь вместе со мной, то вместе со мной придется и просыпаться.
Она бросила на него быстрый взгляд, чтобы убедиться, что он не сочиняет. Того, что он только что сказал, просто не могло быть. Но если все же было, если кто-то свыше послал ей именно этого мужчину, играючи исполняющего все ее мечты, кто она такая, чтобы не верить в припасенное для нее у Деда Мороза чудо?
– Договорились! – объявила Лиля и потянула его к себе целоваться.
Теперь точно конец :)
Конец