9
– А замуж тетя вышла только два года назад, – рассказывала Соня в кафе, отламывая вилкой кусочки коричнево-фиолетового торта и с удовольствием отправляя их в рот. – Говорила, что для счастья ей вовсе не нужен мужчина, а нужно только любимое дело. Забавно, конечно: владелица свадебного журнала, а на деле – волчица-одиночка…
Соня была весела, жизнерадостна и разговорчива, вспоминая минувший юбилей, делясь своими впечатлениями и некоторыми секретами своих родных. Олег слушал ее молча, не перебивая и редко вставляя собственные реплики, чувствуя, как каждая новая минута неумолимо приближает расставание, а он к нему не готов. Слишком много всего произошло с момента их новой встречи. И кажется, все изменило.
– Они под новый год познакомились, – продолжала между тем Соня, вряд ли подозревающая о его открытии и уж тем более его не разделяющая. – Тетю тогда нелегкая в соседний город понесла: то ли семинар какой-то, то ли вручение премий. Ну конечно, на Урале же милое дело в лютый мороз и вьюгу людей из дома выдергивать, больше-то нет времени. То есть, может, на поезде и весьма романтично прокатиться, но тетя – заядлая автомобилистка и поехала на машине. А та возьми да и заглохни на середине пути. Где-то на трассе, между лесов и ночью уже почти, чтобы все несчастья сразу собрать. Тетя помощь, конечно, вызвала, но в такую погоду они бы уже только в следующем году подъехали. И машин почти нет, только фуры, а от дальнобойщиков тетя шарахается. Ну вот. А у Александра Викторовича машина такая… даже не знаю, как объяснить… Вот на него очень похожа: не первой молодости, но надежная и… безопасная, что ли. Ну и когда он возле тети остановился и помочь ей предложил, она согласилась. Он еще и горячим чаем ее из термоса напоил, а заодно лекцию прочитал, сколь небезопасно отправляться в столь далекие путешествия без предварительной подготовки. Наверное, лекция ее и покорила, потому что на следующий день она в благодарность пригласила его в ресторан. Александр Викторович – профессор в университете и весь ужин рассказывал ей смешные истории про своих студентов. Ну а потом…
– Он ее обожает, – зачем-то сообщил Олег, как будто Соня могла этого не знать. Ожидал в ответ ее удивления подобной сентиментальностью, но Соня только кивнула и улыбнулась – так хорошо, светло, мечтательно, что у Олега защекотало между лопатками. Она постоянно его удивляла, заставляя чувствовать себя болваном, но ему нравилось это ощущение. А ведь всю жизнь старался избегать ситуаций, в которых мог бы выглядеть нелепо. Даже к КВНу относился настолько серьезно, насколько это вообще позволял формат юмористической игры, и не было для Олега ничего страшнее, чем попасть впросак и стать объектом насмешек.
С Соней он попадал впросак постоянно, не зная, чего от нее ждать, но насмешек она себе не позволяла, напротив, неожиданно правильно понимала Олега и столь же неожиданно его поддерживала. Даже когда он был не прав, как во всей этой нелепой ссоре в душе. Тогда Олег ушел взбешенным и легко сумел бы отпустить. Как отпустить теперь, он не знал.
Как отпустить девушку, которая пела с ним «Tired of being sorry», спасала его карьеру, едва не отдалась ему за стеной от родственников, а потом еще и кричала на весь отель, что у нее с Олегом был лучший секс в жизни? Особенно когда все это перестало быть просто сексом?
Утром он проснулся первым и долго смотрел на нее, спящую у него под боком, – расслабленную, теплую, по-весеннему свежую и как будто отчаянно счастливую. Она чуть улыбалась во сне, крепче обнимая Олега рукой, а он прижимался губами к ее лбу, понимая, что вот сейчас, в эти минуты, не испытывает уже привычного рядом с Соней возбуждения, но оттого не перестает хотеть ощущать ее рядом. Было в этом что-то непривычное, но очень правильное: вот так оберегать свою женщину, укрывать в собственных объятиях, охранять ее сон – и любоваться ее совершенством. Олег ни разу поутру не испытывал такого желания, стараясь как можно скорее распрощаться со случайными подругами, а тут искренне наслаждался и собственными открытиями, и Сониной беззащитностью и доверчивостью. Длинные черные ресницы, чуть курносый задорный нос, который совсем ее не портил, припухшие губы, которые Олег целовал больше, чем какие-либо другие, и все равно не мог насытиться. И было словно бы какое-то издевательство в том, что все это принадлежало девчонке, которая жила от Олега в параллельной вселенной. Дважды они случайно пересеклись – но исход был заранее ясен. Соня отправится в свою вселенную и понесется с ее скоростью от Олега прочь. И больше уже не вернется.