Четыре года назад они хоронили бабушку вместе и тогда у них не было друг от друга секретов. А теперь почему-то все изменилось.
Алла неспешно прошлась по дому, осторожно трогая запыленные вещи и с некоторых даже смахивая паутину. Когда-то Олегу казалось здесь очень уютно. Бабушка Марата не делала разницы между родным внуком и его другом, привечая обоих, наседничая над обоими и обоих же браня за проказы. Олег и сейчас помнил вкус испеченных ею пирожков. И вряд ли когда-то забудет.
– Грустно, когда старые дома становятся никому не нужны, – негромко заметила Аля. – Они столько видели за свою жизнь, а на старости лет оказались одиноки. И разрушаются потихоньку от своей ненужности, но этого тоже никто не видит…
Олег кивнул, не особо приветствуя подобную тему. Он приехал сюда развлекаться. И рассчитывал не сворачивать с курса.
– Сегодня он наслушается столько пошлостей, что будет долго еще отходить и радоваться, что его снова оставили в покое, – заметил он и распахнул окно, впуская в комнату воздух. Аля улыбнулась и подошла ближе. Легко коснулась плеча Олега, потом так же едва ощутимо его погладила.
«Гимнастка! – отрекомендовал Аллу Марат, когда она не могла их слышать. – Для себя берег, но, когда у друга беда, надо выручать».
«Не такая уж и беда, чтобы обкрадывать тебя», – попытался было отговориться Олег, совсем не желая лишать лучшего друга законного удовольствия, но Марат только закатил глаза.
«Пользуйся, пока я добрый! – заявил он. – Потом расскажешь, как оно было».
Марат знал, что он не расскажет, но от любимого ритуала никогда не отказывался. Может, и Олегу стоило научиться у него проще смотреть на вещи?
И начать с Али?
– Рада, что ты настроен на позитив, – узнаваемо глубоко проговорила она и со столь же узнаваемым интересом посмотрела на Олега. – Поначалу мне показалось, что тебе не до этого всего.
Она была права: Олегу было не до «этого». Он и сейчас по дебильному ощущал себя предателем, как будто замыслил изменить доверившейся ему девушке, и старательно напоминал себе, что никакой девушки у него нет. Был секс «без обязательств», и ровно таким он и оказался. Вряд ли Соня рассчитывала, что он будет хранить ей верность. Вряд ли она сама хранила ему верность: с ее-то страстной натурой! Так что растереть и забыть, пока никто не пронюхал о его помешательстве. И пока удача сама шла в руки.
– Я был за рулем, – беззаботно объяснил Олег. – И не мог рисковать, когда в моей машине такое сокровище.
Он взял Алину руку и поднес к губам. Ее запястье пахло тонко и очень женственно.
Внутри ничего не шевельнулось.
Кретин.
Аля улыбнулась и потерлась носом о его щеку.
– Марат говорил, что ты настоящий джентльмен, – мурлыкнула она. – А я думала, заврался в рекламной компании.
Олег усмехнулся. Ее дыхание приятно щекотало шею, и его это радовало.
– Брось, Кайсаров мог называть меня в лучшем случае занудой и просить спасти от самого себя, так как никто с этим лучше тебя не справится, – резонно заметил он и увидел в глазах Али подтверждение своей проницательности. Она тут же загадочно улыбнулась, и Олег мягко привлек ее к себе. – Впрочем, – чуть понизил голос он, – я с ним в этом вполне согласен.
Аля снова погладила его по плечам, потом сомкнула руки на его шее. Дыхание у нее стало чуть быстрее, а грудь уперлась в Олегову грудь в абсолютно беспроигрышном положении. Аля умела заводить, и Кайсаров явно знал, на кого делать ставку.
– И как? – поинтересовалась она, приближаясь на расстояние вдоха. Олег неспешно изучал ладонями ее сильное гибкое тело, пока еще скрытое обтягивающей футболкой и светлыми бриджами. Наверняка в нем тоже не было ни единого изъяна, и большая часть команды обменяла бы сейчас собственное чувство юмора на возможность оказаться на месте Олега. Но он больше не собирался разбрасываться подобными подарками. – Ты уже совсем загибаешься или потерпишь до ночи? – без тени смущения поинтересовалась Аля. В голосе у нее чувствовался откровенный призыв. В доме, кроме них, никого не было.