– При условии, что в постели ты никакого разрешения спрашивать не будешь, – освобожденно погладил он ее по щеке. Соня закусила губу, пряча собственную улыбку.
– При условии, что в постели ты заставишь меня забыть обо всех условиях, – поставила эффектную точку она и увидела, как у него потемнели глаза. О, она уже знала, что это значит. Она обожала такой его взгляд. И отзывалась на него в пару мгновений.
– Договорились, – жадно выдохнул Олег и с такой же жадностью впился ей в губы. Соня с силой обхватила его шею, а потом еще и подпрыгнула, устраиваясь на его бедрах. Олег подхватил ее под джинсовый зад, вжал в себя, а сам кое-как пристроился на капоте автомобиля, ни на секунду не отрываясь от ее рта. Шальная девчонка! Невозможная девчонка! Какой-то совершенно шальной и невозможный подарок!
– Сонь…
Нет, она не хотела слов, не хотела мыслей и решений. Она хотела только ощущать его губы на своих губах и целоваться бесконечно долго, ловя его губы, играя с его губами, загораясь от его губ, покоряясь его губам, упиваясь этой близостью и его взаимностью. Даже такой долгожданный горячий секс сейчас не был так важен, как эти сладкие поцелуи. И Олег не торопил, не останавливал, а только сам снова и снова приникал к ее рту, ласкал, пробовал, убеждался, вдохновлялся – не отпускал ни на секунду. А говорят, что парни не любят целоваться. Может, кто-то и не любит, и Соня сталкивалась с таким несчастьем, но к Олегу это не имело никакого отношения. К нему вообще ничего из ее прошлой жизни не имело отношения. Она наконец нашла совершенно уникального парня – и не хотела больше от него отказываться.
– Сонь… – наконец уткнулся ей в шею он. В груди у него гулко стучало, а джинсы определенно норовили лопнуть. – У тебя, наверное, совсем другие идеи были, но пойдем ко мне, а? У меня квартира всего в двух кварталах отсюда.
– Квартира? – переспросила Соня и уставилась на него затуманенными глазами. – Целая? То есть… ты один там живешь? Без никого?
– Без никого, – подтвердил Олег, не найдя в этом слове никакого противоречия. – Один. В соседней комнате чужих не будет. То есть… там и комната всего одна… И дом – хрущевка. Зато ехать не надо. Или если не хочешь…
Соня тряхнула головой, стараясь прийти в себя. Вцепилась в воротник его футболки.
– Хочу! – почти со стоном выдохнула она. – Какое счастье, что у тебя есть квартира и всего в двух кварталах отсюда. И не надо никуда ехать и ни с кем ни о чем договариваться. Я не могу сейчас ехать и договариваться. Я хочу тебя. Я слишком сильно тебя хочу!
После этих слов говорить, кажется, стало совсем не о чем. Как они добрались до его дома, Соня не помнила. На какой этаж поднялись – сказать не смогла бы и под гипнозом. Что там было в этой Олеговой квартире, которой он почему-то стеснялся, ее абсолютно не интересовало. Интересовал только сам Олег. И его острое откровенное желание.
Снова не хватило никаких сил на игры. Надо было только добраться до горячей кожи, ощутить пальцами знакомые изгибы, вдохнуть пьянящий запах, вжаться в желанное тело, открыться навстречу в полном доверии – и раствориться в этой жажде, в этом жаре, в этой близости, в этом безраздельном удовольствии, которое мог подарить только один человек на свете. И Соня целовала порывисто и благодарно, остро желая, чтобы Олег понял, как хорошо ей с ним и как она это ценит, и чувствовала, как крепко и немного судорожно он ее обнимает, и слышала какие-то отрывистые фразы в коротких перерывах их поцелуев, но не могла разобрать слов и напитывалась только этим перехваченным низким голосом. У них снова все получилось – так, как ни с кем никогда не получалось, и Соня, едва отдышавшись, цапнула Олега зубами за подбородок.
– Почему это с каждым разом все лучше и лучше? – потребовала ответ она, как будто была сим фактом недовольна. Он усмехнулся и потерся носом о ее нос.
– Я совершенствуюсь, – самодовольно заявил он и тут же охнул от чувствительного тычка в бок. Глаза у Сони неожиданно сузились, а ноздри раздулись.
– Мог бы и не хвалиться так откровенно своей богатой интимной жизнью! – зло проговорила она и резко отодвинулась от него. – Хотя бы сейчас!
Олег оторопело зацепил ее рукой, не давая соскочить с кровати: судя по огню в Сониных глазах, именно это она и собиралась сделать.
– Какой еще богатой интимной жизнью? – изумился он и прижал ее спиной к все еще горячей простыне. Соня дернулась, а потом резко выдохнула и снова прищурилась.