Она фыркнула и даже руками по воде раздраженно стукнула. Все, хватит! Он отказался от нее еще проще, чем отказались родители: те хоть звонить не обещали – а значит, и ей следовало закрыть эту страницу своей жизни. Да, был шикарный секс. Да, был интересный парень – такой, какой Соне еще никогда не попадался. Да, рядом с ним было хорошо, и весело, и трогательно, и неожиданно, и еще чертова уйма эмоций возникала в душе рядом с ним, но он выбрал, когда не сдержал обещание, и Соне оставалось только смириться. В конце концов, она трижды делала первый шаг, и даже для столь свободной от предрассудков девушки, как Соня, этого было с избытком для слишком странных отношений, связывающих ее с Олегом. Отношений в лучшем случае до конца каникул, потому что во время учебы Соня точно не станет срываться из Питера к нему, а ему и подавно не хватит денег на такие излишества, как самолетные билеты. То есть Соня не знала, конечно, сколько Олег зарабатывает и как тратит, но по его далеко не новой машине и отношению к «спонсорам» могла судить об этом вполне обоснованно.
Может, потому и молчит? Решил, что Соню ему не потянуть, вот и взял самоотвод? А она ведь не просто так рассказывала ему про бабушку, надеялась втайне, что это избавит ее в глазах Олега от клейма девочки «с золотой ложечкой между ягодицами». Нет у Сони ложечки и не было никогда! И деньги считать она умеет: бабушка научила! И знает им цену: до отъезда они вместе с Катюхой подрабатывали раздачей листовок, чтобы не одалживаться у отцов, которым были не нужны. Нынешнее родительское содержание Соня считала платой за работу нянькой и имела все основания полагать, что ее подопечная куда богаче ее. Впрочем, Соня давно приучила себя не завидовать сестре, а просто ее игнорировать. У них были разные цели в жизни, разные дороги и, кажется, разные родители. Зря только Соня «предпочла стать частью семьи». В Екатеринбурге тоже можно получить вполне достойное образование и после найти не менее достойную работу: уж Соне хватило бы наглости и упорства, чтобы пробить себе дорогу. И с Олегом все было бы куда проще.
Она хотела этого «проще». Хотела попробовать построить с Олегом настоящие отношения. Такие, как у Катюхи с Ромкой: пусть всего два месяца, но в их «настояществе» не приходилось сомневаться. Катька похорошела до безобразия и перестала кидаться на людей из-за вечной своей непонятости и неприкаянности. Давыдов смотрел на нее, будто на мисс Вселенную, каким-то чудом одарившую его своим вниманием, и вставал на ее защиту, оберегая свое, и явно готов был носить ее на руках – а может, и носил, кто их знает. Соня многое бы дала, чтобы какой-нибудь парень так же смотрел на нее и так же хотел о ней заботиться, и, что ужасно, порой ей казалось, что и то и другое появлялось на мгновение в зеленых глазах Олега, но слишком быстро исчезало, чтобы быть хоть в чем-то уверенной. И все же Соня не сомневалась: будь у них с Олегом чуть больше времени – и все получилось бы. Именно с ним, черт бы его – а не ее! – побрал! Ну почему именно с ним все было так хорошо, так ладно и так необходимо? Соня перебрала не один десяток парней – и эти тоже прошли предварительный отбор – но ни разу не екало сердце и не стучало так, как рядом с Олегом. Ни разу в других объятиях не предавал разум. Ни разу не хотелось отказаться от собственных желаний, потому что его желания вдруг становились важнее. И ни разу не оказывалось, что эти желания одинаковые.
Олег был мучительно идеальным парнем.
Но он не позвонил.
Соня открыла кран с горячей водой, подбавляя в подостывшую ванну кипятка. А она еще мечтала, как в следующий раз выберет номер с джакузи и там они с Олегом откроют для себя новое удовольствие. А может, это просто глупая месть за три недели ее молчания? Олег, конечно, не похож на истерика с чересчур больным самолюбием, но Соня, кажется, сейчас предпочла бы видеть его именно таким. Тогда был шанс еще услышать его голос, хотя бы через две недели. Нет, Соня, конечно, не простила бы подобного пренебрежения собой, но хоть тщеславие побаловала, уверившись, что нужна. Правда, пожалуй, уж в этом-то ей не стоило сомневаться.
«Никого у меня нет, кроме тебя, ясно?! Ты с ума меня свела! Я все время тебя хочу!» – от этих слов, от тона, которым они были произнесены, до сих пор пробирало до кончиков пальцев, и Соня верила им безраздельно. Она свела Олега с ума. Он хотел только ее. Все три недели хотел, и сейчас хочет, и не смотрит ни на одну другую девчонку, потому что сходит с ума по Соне! Нельзя перестать сходить с ума за неделю, это она по себе знала. И чего тогда строила из себя обиженную барышню и ленилась сама набрать номер Олега? Что за детский сад с очередностью? Ну и пусть Олег обещал! Он сказал ей такие слова, перед которыми меркли любые уговоренности и принципы.