Поздравления вышли хоть и душевные, но весьма затянутые, и, как Олег ни старался оживить паузы, с каждой минутой все сильнее становилось понятно, что пора сворачивать торжественную часть и переходить к развлекательной.
– А теперь танец юбиляра с дочерью! – объявил он, и Эдик заиграл вступление к песни «Белый танец отца и дочери[1]». Даша направилась к отцу, приглашая его в центр зала, а Олег с легкой улыбкой запел. Первый куплет пришлось немного переделать, чтобы уйти от свадебной темы, а в остальном, пожалуй, не нашлось бы песни, более подходящей для нынешнего случая. Даша действительно была очень близка с отцом, и сейчас их танец – очень легкий, воздушный и невероятно трогательный – заворожил присутствующих, и больше всех, кажется, брутального Алексея, который не сводил с Даши настолько самозабвенного взгляда, что Олег с легкой усмешкой узнал в нем себя, смотрящего на Соню. Любопытно, знала ли Даша о его интересе? А если знала, зачем заигрывала с Олегом? Неспроста эти воспоминания и наигранные восторги в его адрес. И ему, пожалуй, следовало прояснить этот вопрос до того, как появится Соня…
– Белый танец отца и дочери пронесет их любовь сквозь года, – добрался до припева Олег – и замер в восхищении, услышав чуть позади обожаемый низкий голос:
– Этот танец, судьбой напророченный, в сердце будут хранить навсегда.
Обернулся – и едва не забыл слова. Соня обещала поразить – ей это удалось на сто процентов. Черное облегающее платье в пол с прозрачными вставками по бокам, приоткрывающими стройные ноги. Любимые браслеты в тон на руке. Немного небрежные волны черных локонов. И обожаемое лукавство на слишком желанных губах – да, Соня знала, какое произведет впечатление.
Шальная девчонка!
В секунду забылся и юбиляр, и его дочь с ее странным поведением, и ее друг с его придурями. Олег наконец-то дождался свою Соню – и не мог отвести от нее глаз. А она улыбалась так понимающе и в то же время радостно, что не было никаких сомнений в том, что она тоже скучала, тоже торопила время, тоже жаждала встречи, – все, как мечталось в глупых мальчишеских фантазиях. И перестали иметь значение слова, которые они произносили вслух, говоря важное взглядами, дыханием, совершенно непреодолимым напряжением. Только бы дотянуть до конца песни, не забыться, как в прошлый раз, не дать этой искушающей улыбке окончательно свести себя с ума. Слишком хорошо Олег знал, какое наслаждение она в себе таит. Слишком хотел ощутить это наслаждение, не откладывая.
Немного сбили градус напряжения раздавшиеся аплодисменты: юбиляр и его гости по достоинству оценили певческие способности Сони и ее красоту. А заигравшая следом танцевальная музыка позволила взять паузу и укрыться с этой непредсказуемой девчонкой в комнате для переодевания.
– Ты непозволительно шикарна, – выдохнул Олег, не найдя в собственном арсенале достойного Сони комплимента. – Я боюсь к тебе прикоснуться.
– А я нет, – сладко улыбнулась Соня и запустила руки ему под пиджак. Тонкая ткань рубашки совсем не скрывала понятного и уже привычного жара кожи, и Соня с удовольствием провела ладонями по бокам Олега, наслаждаясь собственной властью. Да, пусть боится измять ее платье – она ничего не боялась. Слишком долго ждала этой встречи. Кажется, еще пара расставаний – и она сама предложит Олегу себя в полное распоряжение, потому что без него становилось совершенно невыносимо.
– Сонечка… – он тоже улыбнулся и с нежностью огладил ее лицо, всматриваясь и словно бы вспоминая. Неужели так и не рискнет поцеловать, опасаясь испортить прическу и макияж? А вот Соня такой выдержкой не могла похвастаться.
– Обожаю тебя! – шепнула она и, поднявшись на цыпочки, сама приникла губами к его губам. А вот тут уже Олегу отказало самообладание. Его пальцы чуть дрогнули, а поцелуи в секунду превратились из завлекающих в прожигающие и совершенно умопомрачительные. Нет, Соня действительно гений, если сумела придумать это свидание! И не надо больше ограничиваться одной ночью. Их будет столько, сколько они с Олегом захотят. А он, кажется, хотел ничуть не меньше, чем Соня.