— Присаживайся куда тебе удобно, — Гриша оказался рядом, накидывая на хрупкие плечи огромное тёплое одеяло.
— Откуда ты его достал? — с удивлением отметила, кутаясь по самый нос в пуховую перину и усаживаясь на широкий диван.
— В подсобке есть небольшая кладовка, — улыбнулся парень в ответ и протянул, невесть откуда появившиеся в руках, мягкие угги, — а в ней есть полка с подогревом, на которой лежат пледы и одеяла как раз для таких случаев. На крыше всегда холоднее, чем внизу. Переодень обувь и залазь с ногами на диван, так будет теплее.
— Это тоже местное? — в очередной раз округлила глаза гостья, забирая попутно тёплые тапочки и переобуваясь, — какой предусмотрительный этот хозяин отеля.
— Да, он такой, — Гриша уселся в кресло напротив. Бросил себе на ноги махровый серый плед. Взяв в руки стакан с выпивкой, кивнул на стол, туда, где в пакете лежала длинная шаурма. — Пока тёплая надо съесть.
— А ты будешь?
— Не голоден что-то… — он пригубил янтарный напиток.
— Так не пойдёт, — мотнула в ответ головой.
Достав из пакета свёрнутый тёплый лаваш, Лена уверенным движением разломила ужин напополам. Протянула вторую часть через стол, с наслаждением вдыхая попутно аромат жареного мяса и специй. Сглотнула. Оказывается, пока возилась с этим придурком Петровым в его номере, а потом и в коридоре знатно проголодалась. От сегодняшнего ужина в ресторане, на котором она успела только поклевать салат и съесть овощное рагу, не осталось и следа.
Гостеприимный парень, сидя напротив медлил. Сделав ещё глоток из прозрачного стакана, он разглядывал зависшую над столиком Лену с особым пристрастием. Словно о чём-то очень усердно в эту минуту размышлял.
Смутилась. И тут же разозлилась, вспыхнув.
— Чего тормозишь? Она же сейчас остынет, — потрясла едой в воздухе, отчего кусочек шинкованной капусты с соусом шлёпнулся на деревянную столешницу. Теряя терпение, Лена добавила, — я не хочу есть одна. Если отказываешься, тогда я тоже не буду.
— Ты же голодная, — усмехнулся вредина, наконец забирая из рук свою часть изрядно потрёпанной шаурмы.
— С чего это ты решил? — удивилась гостья, наконец возвращаясь на своё место и кутаясь сильнее в одеяло. Оставив только небольшую щёлку в ворохе одежды, она вытащила руку, беря со стола свой кусок. Не без удовольствия сделала первый укус.
— Ммм! — восторженно закатила глаза, — пофему с тобой всегда еда кафется фкуснее?
И действительно взрыв вкусов во рту приятно удивил. Никогда бы не подумала, что обычная уличная еда может быть настолько вкусной.
— У меня чуйка на голодных людей и нажористую еду, — усмехнулся Гриша и тоже не отставая от болтливой гостьи, запихнул в себя почти треть шаурмы.
Они ели молча. Поглядывая друг на друга, усмехались, делая очередной укус. Нисколько не стесняясь обстоятельств, как закадычные друзья, которые давно знают друг друга парочка в какой-то момент не сговариваясь стала играть наперегонки кто быстрее умнёт свою часть ужина. Как при этом Лене удалось не уляпать в соусе всё вокруг, оставалось даже для неё загадкой.
— Так не честно! — воскликнула она возмущённо спустя время, дожёвывая последний кусок и облизывая пальцы.
Ильин, сидя в кресле напротив, посмеивался. Наверно над тем, что Лена сейчас выглядела как клуша — безразмерное одеяло, заляпанное соусом лицо и полные щёки как у хомяка.
— Почему? — вот как же шла ему эта обаятельная улыбка.
Вытерев рот салфеткой, гостья сыто откинулась на спинку и проворчала:
— У тебя кусок был меньше, — последний глоток лёгкого алкоголя приятно пощекотал язык, а потом и горло, проваливаясь прохладой в желудок. Вкуснятина!
— У меня просто рот больше, — усмешка в ответ.
Зависнув ненадолго на мужских губах, Лена мотнула головой, стряхивая наваждение.
— Здесь даже не поспоришь, — продолжила ворчливо пыхтеть (ну прятать смущение под чем-то же надо).
Посмотрела на небо. Вдохнула морозный воздух, наполняя лёгкие свежестью зимы. Перевела взгляд в сторону крыш соседних домов. Воскресенье, середина ночи, а кто-то из жителей до сих пор не спит. И ей вот тоже завтра идти на работу, смотреть в лица противных коллег. Сбагрить Петрова однозначно надо, хотя бы в соседний филиал. А вот что делать с информацией про Андрея она не знала. Мало того, что бывший — кобель, увивающийся за каждой юбкой, так ещё оказалось, что он знатное трепло. Как теперь смотреть в глаза коллег, зная, что они за спиной обсуждали её личную жизнь?
Дилемма…