- Как?
Теперь пришла пора Кристины ловить ртом воздух. Это что же получается? У них с двести сорок восьмой был один любовник на двоих?
- Подожди, я все никак в себя не приду.
- Немудрено. Я сама в шоке.
- Так что же выходит? Юра сначала был со мной, а потом ушел к тебе?
- Сейчас точно скажу. Ты когда с ним пересеклась?
- В феврале. А в марте выставила его вон.
- Так. Получается, что в конце марта он уже знакомится со мной, в апреле переезжает, а аккурат в июле получает пинка под зад.
- Ничего себе совпадение!
- Что-то в последнее время их слишком много, не находишь? В таком количестве я в них не верю. Если память меня не подводит, а мне на нее жаловаться пока грех, Юрка познакомился со мной, когда я ехала после смены домой. Я даже в метро зайти не успела. Наступил мне на ногу, мило извинился, даже какой-то букетик купил, чтобы я его простила. Проводил практически до дома, вызнал мой телефон. А со следующего дня принялся по нему названивать. Так все и случилось, собственно говоря. Поэтому отсюда наклевывается первый вывод о том, что знакомство наше было отнюдь не случайным. Он подготовился ко всему заранее. Ждал, пока мы выйдем из Теремка, пока разбредемся, кто куда, чтобы я осталась одна, без сопровождающих.
- Но зачем?
- Видимо, сильно ты его зацепила. Вот он и решил через меня выйти на тебя. А я-то все никак не могла понять, что его так моя работа интересует, списывала все на природное любопытство. А он про Спасение часами был готов слушать, особенно про моих коллег по работе и про то, какие у нас порядки. Это потом он выпендриваться начал, гнал пургу, что мне там делать нечего, что операторы как пить дать со спасателями спят, вроде как ревновал меня к нашим экипажам. В общем, полная ахинея и сто бочек арестантов.
- Но почему? Что я такого сделала?
- Уязвила по полной программе больное мужское самолюбие, только и всего. Хотя может быть, я и ошибаюсь, и он вовсе не хотел через меня к тебе подобраться. Просто решил заменить в постели одного оператора Спасения другим. Ну, может быть, влекут его безумно девушки этой профессии, кто ж его знает! А может быть, лелеял мысль, что когда-нибудь ты увидишь его в моем обществе и пожалеешь, что так с ним обошлась в свое время. А тут неувязочка вышла. Второй раз по носу дали. И кто! Опять оператор Службы спасения! Так что не удивлюсь, что вдруг выяснится, что он сейчас к какой-нибудь очередной нашей девушке подкатывает.
- Слушай, а что он здесь тогда делал?
- Подожди, а ведь это действительно вопрос! Когда я его заметила, он заходил вон в тот подъезд.
- А я его засекла, когда он выходил оттуда.
- Если судить по тому, как припаркован Жигуль, то восемь из десяти, что именно в этом подъезде обретается Фредди.
- Получается, что они знакомы между собой?
- Выходит, что так. Юрий щедро снабжает его информацией, полученной в свое время от нас, а Фредди потом изгаляется над нами в канале. Оба рады по уши. Фредди показывает другим помехам, что он крут безмерно, и знает о Спасении и операторах то, о чем они и ведать не ведают, а Юрий млеет оттого, что его бывших девушек склоняют на все четыре стороны. Мстит он нам так своеобразно.
- Интересно, что он так быстро слинял? Зашел в подъезд и сразу же вышел?
- Видимо, Фредди дома нет. Кстати, можем сегодня же проверить, так это или нет. У наших ребят рации сейчас однозначно на приеме работают, так что если он будет выходить в эфир, они его засекут. А если его действительно нет дома, то все, финальный акт поимки засранца переносится на неопределенное время.
- Тогда нам с тобой нет смысла больше здесь торчать. Раз его машина стоит перед домом, а его самого там нет, то это значит, что Фредди отправился куда-то в пешем порядке. В лицо он нам неизвестен, поэтому когда он вернется домой, мы его не опознаем. Дохлый номер. Единственный для нас шанс на него взглянуть, если Фредди, перед тем как в подъезде скрыться, как в кино про плохих шпионов, к машине подойдет, и чего-нибудь из багажника возьмет. Или сигнализацию проверит, если она в этой консервной банке имеет место быть. Так что мы тут можем торчать хоть до второго пришествия. Все без толку.
- Тогда что, оставляем все на откуп нашим мальчикам?
- Ты считаешь, что нам лучше оставить все, как есть? Пускай сами с ним разбираются, как планировали?
- Думаю, что это будет лучшим вариантом.
- А про Юру им расскажем?
- И как ты себе это мыслишь? Если расскажем, придется автоматически признаться, что мы их сегодня не послушались и вместо того, чтобы сидеть дома, как положено примерным девочкам, отправились на место преступления играть в сыщиков. Честно говоря, слушать Олежкины вопли у меня нет никакого желания. Да и как-то не тянет расписывать ему моральные качества моих бывших кавалеров. Он у меня и так ревнивец тот еще. Потом неделю дуться будет.
- Иван меня тоже по головке не погладит.
- Так что, молчим, как пленные партизаны?
- Молчим.
- Ну, смотри, я на тебя рассчитываю. Если одна из нас рот откроет, второй несладко придется.
- Я понимаю. Не беспокойся. Главное, что мы теперь кое-что об этом знаем. А когда знаешь, уже не так страшно.
- Это ты верно подметила.
Удача в этот день была явно на стороне подружек, и они успели вернуться по домам и принять безмятежный вид как раз минут за пятнадцать до прибытия своих ребят. Раскрасневшиеся от мороза щеки и носы замаскировали пудрой, шарфы и свитера попрятали обратно по полкам. Комар носа не подточит.
Что Ликвидатор, что Лесничий оптимизмом не сияли, на все вопросы отвечали, что завтра, мол, разберутся с Фредди окончательно и бесповоротно, а вот пока бы ужина горячего отведать, уж больно день тяжелый выдался. Да отдохнуть бы хорошенько перед завтрашней разборкой. Девушки ни в чем не перечили, и вообще вели себя на удивление тихо и мило. И каждую подспудно грела мысль, что их вояж прошел куда результативнее, чем у мужчин. Могут, значит! И мы не лыком шиты!
А на следующий день выяснилось, что Ликвидатор свалился с высокой температурой, Бегемот ничем помочь не может и занят всю вторую половину дня, поскольку везет свою жену к ее маме, которая живет где-то у черта на куличках на границе Московской и Ярославской областей, и из всей боевой команды остается один Лесничий. Олег, простужено хрипя в трубку, кричал, что если Иван отправится к Фредди без него, то будет последней сволочью, поскольку как тогда он, Ликвидатор, получит с этого типа свой должок за Лену?