Взлеты, подъемы и провалы в ноосфере мало ощутимы для нас, но именно они определяют ход развития не только человечества, но и Земли в целом. Искать механизмы для их изучения и контроля - задача науки будущего.
Координаты цивилизационного пространства
Цивилизация существует в определенной системе смысловых и исторических координат. Основными осями координат каждой культуры являются измерения психологическое, социальное и природное. Но представим себе, что в одну систему координат неожиданно вторгается другая, и пространство существует уже не в трех измерениях, не в трех осях координат вокруг одной неподвижной точки отсчета, а в шести, девяти, двенадцати измерениях, где каждое имеет свою точку отсчета?... Эта невозможная с физической точки зрения картина часто наблюдается в истории. В истории России часто случалось, что точка отсчета, служившая центром исторической, социальной и духовной жизни русского общества, в короткое время сменялась, подобно тому как перемещается магнитный полюс Земли. Это происходило во время монгольского нашествия, когда в мир Киевской Руси, существовавший в европейской христианской системе координат, вторгся восточный монгольский кочевнический мир, сначала языческий, а затем мусульманский, где и общественная, и духовная система строилась вокруг совсем других смысловых центров, других идеалов.... Такой же процесс происходил во время Петровских реформ, только движение русской культуры было обратным - от Востока к Западу. И в третий раз подобная смена координат и точек отсчета произошла во время Октябрьской революции. Но в эти периоды происходило постепенное вытеснение одной системы другой либо их незаметное слияние; сейчас же в огромном цивилизационном поле России все ранее соперничавшие в ней центры духовного и исторического развития, распространяющие вокруг свое влияние, существуют рядом, порождая немыслимый разброд и духовно-политическую какофонию. Эта ситуация уникальна для историка, но печальна для современника.
Существование человека в многомерном культурно-социальном пространстве трагично: задействованный одновременно во множестве отдельных пространственных систем, он ощущает себя вовлеченным в движение гигантского механизма, чье функционирование не подвергается воздействию разумной воли. Страх перед подобным образом мира заставляет человека искать твердой точки опоры, а в случае ее отсутствия - непрерывно двигаться, чтобы не превратиться в пассивную жертву кризиса. Человек цепляется за какие-либо фальшивые культурные ценности либо безвольно дрейфует "вдоль по жизни", переходя от заблуждения к заблуждению. Человечество - Великая Машина - поглощает единичные жизни, которые необходимы как сырье для производства новых ценностей... Борьба с Машиной становится смыслом деятельности наиболее стойких представителей человечества. Часть борется против целого во имя иного целого - вот в чем заключается трагизм этой ситуации! Найти единую точку отсчета, единую систему ценностей, установить единые параметры общественного, духовного и физического бытия человека - вот к чему следует стремиться, чтобы преодолеть этот кризис. Следствиями этих устремлений являются новые открытия и достижения души человеческой, религии, философские учения, создания искусства и литературы. В конечном счете главной целью деятельности человека на этом поприще является именно закрепление себя в бытии - культурном и социальном. Так трагизм исторического существования человека находит катарсис, разрешение в достижениях человеческого духа.
С древнейших времен культура являлась главным средством этого преодоления трагизма исторического бытия. Она есть организм, борющийся с механизмом космоса и превращающий механические явления мира в одухотворенные, живые, придающий миру определенное лицо, и главный стержень цивилизации, устанавливающий незыблемую точку отсчета и систему координат, в которой человек может чувствовать себя на своем, только ему предназначенном месте в этом огромном и с каждым веком все более неизмеримо непонятном мироздании.
Цвет времени
Что такое время? Этот вопрос редко задается нами, возможно, потому, что пребывание во времени является для нас таким же естественным состоянием, как дыхание и питание. Но, если два последних процесса, определяющих наше физическое здоровье, давно изучены, то отношения человека со временем, не менее значимые для духовной жизни, почти не попадают в сферу интересов науки. Тем не менее нет для человека более значимой проблемы, чем проблема краткости жизни, смысловой наполненности отрезка времени, отведенного ему на земную деятельность. И следует подробно проанализировать все аспекты этой проблемы, чтобы понять, как, по каким законам мы существуем, как распоряжаемся той временной протяженностью, которая дана нам для жизни и творчества.
Даниил Андреев считал, что у времени есть цвет. Так, существуют эпохи синие, когда мысли людей направлены к высшим, духовным горизонтам, и красные, когда люди сосредоточены прежде всего на земном, материальном. Эта концепция, наполовину научная, а наполовину мистическая, имеет в себе зерно истины: время есть явление органическое, оно - реальный фактор нашей объективной жизни, и от того, как мы выстраиваем с ним отношения, во многом зависит, состоимся ли мы в нашей жизни.
В конце концов, мы являемся гражданами не только того или иного государства, но и той или иной эпохи. Временные отрезки истории человечества, отличающиеся различной смысловой наполненностью, так же трудно соотносятся друг с другом, так же трагически взаимодействуют, как и враждующие государства. Переход из одной эпохи в другую столь же труден, как переезд с Родины - на чужбину. Есть временные материки и части света, подчиненные законам временного дрейфа, и их движение таинственно и неуследимо для большинства из нас.
Попробуем развить эти тезисы подробнее. В культурном отношении все эпохи можно разделить на эпохи вдоха и выдоха. Об этом писал Р.М.Рильке:
...Мы сегодня на вдохе,
Мы на вдохе еще, как мера
Земли замедленного дыханья,
Как спешка этой Земли.
Ощущение красоты - это вдох. Создание произведения искусства - это выдох. Во время "вдоха Земли" общество словно пребывает в состоянии оцепенения, оно не создает культурных ценностей, и все мировые потрясения словно проходят стороной, тем не менее души чутких к веяниям времени людей вдыхают духовную атмосферу Земли, состоящую из слов, мыслей, поступков, отражающих суть эпохи. Этот вдох может длиться несколько десятилетий, а может быть, и веков, но за ним неизбежно следует выдох - эпоха, когда люди, долго вдыхавшие удушливую атмосферу безвременья, словно распрямляются и выдыхают, и тогда незримая среда, которой мы все дышим, наполняется благодаря им их новыми мыслями, чувствами, желаниями. На вдохе общество вбирает и переваривает в себе те открытия, которые явятся миру на выдохе. Так, "безвременье" конца девятнадцатого века было для России эпохой вдоха, а Серебряный век - эпохой выдоха. Диапазон этих процессов может быть гораздо больше: для того, чтобы "выдохнуть" Достоевского, Россия "набирала воздух в грудь" на протяжении нескольких столетий, начиная со времен Смуты и Раскола. "Слово о Горе-Злосчастии" - это своеобразный пример "немого" Достоевского. В этой средневековой повести ясно обрисован молодой человек, наделенный всеми дарами природы, но видящий перед собой только две дороги - либо в кабак и острог, либо в монастырь. Писатель "бунташного" века видел этого "русского мальчика", но не мог истолковать и описать его трагедию достойно, так как не имел того интеллектуального и художественного аппарата, который потом долго создавался реформаторами российской словесности и мысли - Петром Великим, Ломоносовым, Пушкиным. И только Достоевский смог истолковать этот "изначально заданный" образ русского человека и явить его миру как открытие многомерности человеческого сознания.