Алик перебежал дорогу и что есть мочи устремился в лес. «Посижу, покурю, пережду полчасика», – решил он. Да и к тому же интересно стало. Раз пять ездил к другу на его дачу, а домика этого не замечал.
Забежав на крылечко, он сбросил рюкзак, достал сигарету и тут же с наслаждением закурил.
Неожиданно дверь распахнулась, и на крылечко выскочил человек. Это был парень лет двадцати с небольшим, худой, темноволосый, весь такой красивый, одетый стильно, по моде и со вкусом.
Алик от неожиданности опешил и чуть не выронил слегка зажатую в губах сигарету. А парень удивлённо заморгал глазками с какими-то девчачьими ресницами и, улыбаясь, сказал:
– Ты третьим будешь.
– В смысле? – не понял Алик.
– Да мы тут вдвоём прячемся! – пояснил парень и, кивнув на неутихающий дождь, помрачнел: – Задолбал, блин!.. Когда же он перестанет? Льёт и льёт… Ещё вон ветер какой-то поднялся, мать его!..
И он решительно протянул руку:
– Кирилл.
Алик выкинул окурок и ответил с рукопожатием:
– Алик.
– Ну, давай, проходи к нам. Будем втроём ждать, когда этот проклятый дождь закончится, – Кирилл снова улыбнулся, уважительно приглашая Алика войти внутрь.
В центре маленькой комнатки, занимая весь её центр, стоял стол с грубо отёсанными досками. Вокруг него располагались лавки. Сверху, над столом, висела керосиновая лампа на крючке, вбитом в потолок. Крохотное окошко, смотревшее на шоссе, слабо освещало некоторую часть стола. В углах стоял полумрак.
За столом сидел ещё один парень. Маленький, пухленький, рыжеволосый, с жиденькой бесцветной бородкой. На вид ему также было лет двадцать. Его некрасивое и какое-то капризное лицо выражало беспокойство.
– Знакомься, – сказал ему Кирилл, – Это Алик.
Парень, нехотя выдавив из себя улыбку, кивнул и подал руку:
– Артём.
Все уселись за стол, с некоторым напряжением поглядывая друг на друга.
Дождь меж тем не только не переставал, но и даже малой надежды на то, что когда-нибудь перестанет, не проявлял. Сквозь щели в окошке на подоконник проникала вода и капала на пол. Тревожно завывал ветер. Было как-то тоскливо и совсем не комфортно.
Артём достал плеер и надел наушники. Кирилл уставился в окно, в которое ничего нельзя было рассмотреть, всё застилали мощные капли дождя. А Алик ёжился от холода в сырой одежде, пока не решился достать из рюкзака сухой спортивный костюм, взятый специально для дачи.
Выложив на стол пиво, он стал переодеваться: мокрые джинсы, свитер, куртку и носки развесил на одной лавке, а сам с ногами забрался на другую. Управившись, взял мобильник, думая позвонить другу, предупредить, что вынужден задержаться из-за дождя.
Заметив это, Кирилл грустно произнёс:
– Бесполезно. Здесь сеть не берёт. Артём вон даже на дорогу поднимался, всё равно не дозвонился.
Да, действительно. Дисплей красноречиво показывал «НЕТ СЕТИ».
– Ну ё-моё!.. – расстроился Алик.
Кирилл взглянул на часы:
– Полвторого. Я здесь уже час сижу. Ещё полчаса, и надо валить отсюда по-любому.
– А как вы сюда попали? – спросил его Алик. – Или вы местные?
– Да нет. Я из А. Работаю здесь по выходным, на базе отдыха «Буревестник». С пятницы по воскресенье. Просто сегодня пораньше появилась возможность уехать. Чуть-чуть не дошёл до Брехаловки. Теперь автобус через час, а потом только в семь. А он… – Кирилл кивнул в сторону Артема – …в соседний с «Буревестником» лагерь пёрся. Сам никогда здесь не был, дорогу не знает, встретить его никто не догадался, он, короче, и заплутал. Под дождь тоже попал. Как он домик этот нашёл, не знаю. Я сам в первый раз его увидел, построили, наверное, недавно.
– Понятно, а я в Красный Восход ехал, на дачу, – поделился Алик, – До Брехаловки довезли, а дальше пешком, думал, дойду. Промок весь до нитки. Иду, ветер в харю, смотрю – домик стоит!.. Я быстрей сюда, конечно.
– А тут мы уже такие сидим! – засмеялся Кирилл и указал на пиво, стоявшее на столе: – Отдохнуть собрался?
– Да. С другом. Это у него дача в Красном Восходе. Он всё звал, звал меня… Ну а я вот выбрал день неудачный. Вчера набухался после концерта, на утро башка гудела. Но деваться некуда, решил поехать всё же на свою голову.
– Да ладно, доберёшься ещё, отдохнёшь!.. – вздохнул Кирилл. – А ты чё? Музыкант?