Животные всегда чувствуют опасность гораздо раньше и ярче людей.
Над нашими головами опять что-то зашуршало и несколько листиков закружилось в воздухе, медленно опадая на свежую траву.
— Не стоит
Тихо сказал Деян, когда я попыталась вывернуться из его хватки и направится туда, откуда, по-моему мнению, этот звук исходил более отчетливо. Он сжал мне руку, приказывая оставаться на месте.
В кронах опять послышалось шевеление, затем громкий хруст и детский крик, сопровождающий падающее тело до самой земли, подпрыгнувшее при соприкосновении с ней.
Меня обдало холодной волной. Друг ослабил хватку, я вырвалась и, прикрывая рот ладонями, направилась к своему младшему брату, распластавшемуся на траве.
Он неподвижно лежал в зелени, головой вниз в позе морской звезды. Я опустилась на колени рядом с ним и с содроганием сердца перевернула маленькое тельце на спину.
Лицо Юраса было похоже на помидор, от сдерживаемого смеха, а потом он в голос загоготал. Я улыбнулась, а после вместе с ним залилась хохотом, выпуская эмоции наружу.
Краем уха я услышала, как Деян вставляет свой клинок обратно ножны и это вернуло мне отчетливое сознание. Мое до этого бледное от испуга лицо, пошло красными пятнами и не выдержав, я дала брату сильную затрещину по подзатыльнику.
Он ойкнул и стал активно потирать голову, изредка бросая на меня обиженные взгляды.
Я остудила свой пыл и мысленно напомнила о том, как я должна себя вести, разгладив складки своего нежно зеленого, двухслойного, с длинными разрезами по бокам для удобства платья. Это было мое весьма смелое решение, которые многие не оценили, особенно купцы и послы с других провинций. На талии был завязан широкий бежевый пояс с вышитой золотыми нитями символикой нашей провинции на концах – трехглавой змеей. Рукава были в разрезе, начиная от локтей, чтобы не смущать мои движения. На руках и ногах звенели золотые браслеты, а в уши были продеты бесчисленное количество сережек такого же материала.
Деян был одет похоже, простые порты, две свиты, нижняя черная, а верхняя бежевая, за счет чего его глаза казались еще ярче, подпоясана она была черным широким поясом. И простые черные сапоги. Для воина – главное комфорт, а не вычурность.
— Что ты вообще там делал? – Я всплеснула от возмущения руками, отчего браслеты мягко зазвенели
Юрас обиженно запыхтел и засопел:
— Я видел как Деян это делал и тоже хотел так научиться
Я застонала и прикрыла глаза ладонью. Я услышала еле сдерживаемый смех и повернулась в сторону друга, который посчитал эту ситуацию весьма забавной:
— Послушайте, — начал Деян, обращаясь к младшему – вы могли напрямик попросить меня о помощи, мой долг – служить вам
Деян приложил кулак к сердцу в знак уважения. Он находился на обучении и служении нашей империи и должен был обращаться к правящей семье не иначе как на «Вы». Но эти нормы при общении с Деяном мы быстро отбросили на задний план, хоть в начале друг и был против. Лицо Юраса озарила радость и он запрыгал, хлопая в ладоши.
Я стала в позу, скрестив руки на груди. Еще немного и из моих ноздрей от злости начал бы выходить пар. Друг мельком глянул на меня:
— Если, конечно, Её Светлость Сиерра не имеет ничего против
— Я против — отрезала я
— Но… — Начал Юрас
— Возражения не принимаются
Я взяла младшего брата за маленькую ручку, и мы направились по тропинке обратно к городскому шуму. Я услышала как Деян подбирает наши тренировочные мечи, кладя их в холщовый мешок и догоняет нас. Юрас что-то бубнел себе под нос, явно недовольный моим решением. Я краем глаза замечала, как он поднимает голову, намереваясь мне что-то сказать, в попытке открывает рот, но тут же отворачивается.
Мне стало его непреодолимо жалко, и мое сердце сжалось. Я бы подарила этому человечку все звезды нашего мира, но даже у Святых Покровителей наших земель есть ограничения по возможностям, не то что у меня.
Мы росли как дети наместников, но родители приставляли к нам нянек только в детские годы, надеясь воспитать в нас самостоятельных личностей, не следя за нашими перемещениями. Это была древняя традиция династийной семьи провинции Земли, именно по этой причине, считалось, что у нас самые мудрые правители. Наша земля до сих пор остается самой процветаемой и богатой провинцией во всей империи Рианонн. И я уверена, что мой старший брат, Алан, сделает нашу провинцию еще могущественнее.