— Нет, — еле слышно шептала она, — нет...
Открывались и закрывались полки, шуршала бумага, стол скрипел от натуги, когда она водрузила на него какие-то документы.
Порывшись в них, женщина удовлетворенно вздохнула. Послышался звук закрываемой двери.
С мгновение мы с Деяном стояли молча, казалось, даже перестали дышать. Потом посмотрели друг на друга и в тишине условились открыть дверь.
Она тихо отъехала в сторону явив нам кабинет Гликерии во всей красе. Вдоль стен стояли высокие светлые полки, битком забитые книгами и статуэтками. На белом ковре в центре комнаты стоял стол со стопками бумаг и писем. В комнате приятно пахло жасмином и чем-то сладким, напоминая по аромату запах самой наместницы. Широкое окно в пол было закрыто и дорогая тюль безмолвно висела, водопадом стекая на пол.
Я аккуратно подошла к столу, не уставая себе напоминать, что у нас катастрофически мало времени. Пока Деян оглядывал многочисленные полки я заглянула на стол, стараясь ничего не трогать. Все письма отдельной стопочкой лежали на столе, перевязанные бечёвкой. Я прогортала их, всматриваясь в отправителя. На каждом конверте без наместницкой печати поле отправителя пустовало, мелким подчерком было выведено лишь полное имя получателя — Ли Гликерия Гидеон, наместница провинции Огонь, а так же силы и власти Семари Ризела Гидеона.
— Деян, — я тихо позвала друга, — кажется, я нашла то, что мы искали.
Письма не были запечатаны, они были вскрыты совсем недавно, перечитаны много раз и бережно сложены обратно. Но у нас не было времени читать каждое из них.
— Сиерра, бери все письма, пошли.
— Я не могу. Она заметит пропажу, — воспротивилась я.
— Сиерра, у нас нет времени, мы нашли то, что ис...
За дверью послышался быстрый стук каблуков. Деян среагировал молниеносно, всунув меня в оставшийся открытым проход и закрыл за нами кладку спрятав нас в тот момент, когда дверь кабинета Гликерии с треском встретилась о стену.
Тяжело дыша, женщина прошла в комнату и опустилась на стул, постукивая пальцем по столу, потом резко замерла.
— Что... — Послышался её поражённый голос.
Она в ужасе закричала, я дёрнулась в испуге и прижалась ближе к сильной груди Деяна сама того не осознавая, словно женщина прям сейчас может найти нас.
— Где письма?! Не может быть...
— Быстрее, уходим. Она может знать про тайные ходы.
И мы с Деяном побежали. Ну, побежали это конечно громко сказано... Мы пошли, стараясь идти как можно быстрее, оставляя за своими спинами женщину, потерявшую нечто очень важное.
Нечто, что поможет нам спасти Империю.
Глава 27
Чем ближе крах империи,
Тем безумнее её законы.
СИЕРРА
Деян развалился на моей кровати сразу, как за нами закрылась дверь. Пока я не кинула письма на комод, я и не замечала, насколько сильно устали мои руки, до безумия сжимающие их.
— Нам до ужаса повезло, — сказал Деян, звёздочкой развалившийся на моей кровати и смотрящий в потолок.
— Это точно, я до последнего не верила, что мы уйдём невредимыми. — Ответила я, стараясь аккуратно выводить письмо Императору дрожащими руками. — Это будет первый день в поместье, когда я пишу письмо не с однотипным текстом, типа сегодняшний день пришёл без происшествий или сегодня ничего путного узнать не удалось.
— Императору безразличны наши трудности или опасности, его даже не волнует наша смерть в конце пути. Ему важно лишь одно — будет наша цель выполнена или нет.
И к моему ужасу, Деян говорил правду.
Я не подписывала письма императору, лишь ставила особо толстую точку в конце и пока чернила высыхали, потянулась к конвертам Гликерии.
— Нужно проверить, что там всё таки скрывала от нас наместница.
От этих волшебных слов Деян ту же мобилизировался и спустя мгновение уже стоял рядом со мной. Я развязала бечёвку и освободила бумагу от конверта. В нём было всего два слова:
Ты пожалеешь.