Я не заставляла себя улыбаться, улыбка сама просилась на моё лицо, когда я видела как сильно народ провинции доверяет и любит своих наместников. И их будущей правительницей буду я.
Я целовала младенцев, если того просили люди, принимала их дары и поцелуи на моих собственных руках, смущённо переглядываясь с Сентом, который в этот миг мне казался образцом настоящего мужчины. Казалось, в толпе я даже иногда слышала восхищённые вздохи, невольно улыбаясь.
Наша церемониальная процессия двигалась достаточно медленно, обходя каждую большую улицу в столице провинции и когда на небе засияла луна, впереди замаячила чаша огромных размеров. Золотая, с инкрустированными драгоценными камнями, она блестела в огне окружающих её факелов.
Наша процессия стала и мы с Деяном подошли к помосту около неё, церемониально держась под руки. Весь наш внешний вид кричал о помпезности этого события.
— Дорогие члены нашей провинции, приехавшие гости. Все мы — дети Святых Покровителей. — Собравшиеся на площади слушали, затаив дыхание. — И мы не будем делить вас на кровных и некровных, в голове у нас одно и то же. Мы обязаны им жизнью, они подарили нам мирное небо над головой на многие века!
Люди взревели, размахивая флагами и поддерживая наследника провинции. Они любили его и он любил их.
Я нашла в процессии Алана, взгляд которого не выражал ровным счётом ничего. Ни радости, ни огорчения. Он просто смотрел перед собой, не замечая никого.
Я собралась. Это не отвлечёт меня от главного. От того, зачем я здесь — дать людям надежду.
— И я торжественно заявляю! — Мой голос разнёсся по площади, внимаемый каждым находившимся здесь. Ближайшие месяца люди будут передавать друг другу всё, что здесь происходило, с тихим восторгов вспоминая или надеясь попасть на следующий праздник. — Мы сделаем то, в чём так сильно нуждались Семари. То, в чём продолжаем нуждаться мы даже спустя десятки веков. Мы даруем вам свободу. Свободу от внутренних предрассудков. От страхов. От тайных желаний. Мы навсегда покончим с ними и вы сможете спасть спокойно, рианнонцы! Ведь Святые Покровители здесь. Они стоят у каждого жителя своей провинции за спиной, наставляя и уберегая. Это же сделаем и мы, наследники ваших сердец. Торжественно объявляю Витенагемот, праздник победы Империи над тёмными силами открытым!
Люди взревели пуще прежнего, некоторые сразу устраивая пляски и горлопаня песни, пока члены наместницкого картежа вместе с обычными людьми пили из чаши, набирая себе в небольшой позолоченный кубок .
Я не спешила подходить к кубку, любуясь счастьем людей.
— Это было хорошо. — Сказал Сент, наклонивишшись к моему уху.
— Спасибо, — расмеялась я. — Ты тоже ничего.
— Вы оба молодцы, — сказала Ида, подходя к нам с чашей в руке, — одними уроками ораторства тут не отделаешься. Здесь нужен талант, что вы оба имеете.
Подмигнув мне, мама исчезла в толпе гуляющих, что в её положении было сделать крайне сложно.
Решив не терять время даром, я направилась ближе к рыночным выставкам, завороженная культурой провинции. Проталкиваясь сквозь людей, я заметила впереди две знакомые фигуры.
Ко мне повернулась Вигдис, направив на меня взггляд своих оленьих глаз:
— Сиерра, — она обворожительно улыбнулась, — вы с Сентом молодцы.
Я уважительно кивнула, относясь к девушке с осторожностью и отошла на приличное расстояние.
— Она права, — раздался голос Кирстена, — такими речами можно народ уговорить на что угодно.
— Спасибо.
Кирстен неловко поправил выбившиеся из причёски русые волосы.
— Вы уже пробовали вино? — Вигдис кивнула на золотую чашу, стоявшую с центре площади.
Я отрицательно помотала головой.
— Если мне что-нибудь останется, я была бы не против. Но так я не горю желанием.
— После такого количества рук побывавших там, — сказал наследник провинции Вода, — оно и не удивительно. Я бы вообще советовал близко к нему не подходить.
Я усмехнулась.
— Это верно.
Сквозь толпу я приметила чёрную макушку, с боем пробивающуюся к нам.
— Миледи, — поприветствовал нас Сент и я сделала вид, словно не видела его пару мгновений назад..