Я улыбнулась сквозь проглатываемые слезы:
— Даррел...
Он прильнул к моей щеке, вытирая катящиеся слезы.
— Ты знаешь, как я люблю тебя?
Я кивнула:
— Мы найдем способ помочь Сиерре, слышишь?
Даррел заставил меня посмотреть ему в глаза.
— Ты мне веришь?
— Верю.
Ведь я действительно ему верила. И не было людей мне ближе, чем те, с кем я коротала сегодняшнюю ночь.
Юноша медленно выдохнул мне в шею и непослушная рыжая прядь защекотала открытые ключицы.
— Тебе еще завтра на службу — простонала я
— Ты думаешь, это нам помешает? — с улыбкой ответил он, целуя меня в шею
А я ответила согласием.
СИЕРРА
Тело ломило. Я отказывалась двигаться, спеша вернуть умиротворяющий сон. Меня мутило, а комната активно вращалась. Я закрыла глаза, веря в волшебное исправление ситуации.
Нет.
Не работает.
Тяжело выдохнув, я села на кровати, но тут же завалилась назад, не имея сил и ощущая ужасную мигрень. Распластавшись на скомканной простыне и упершись взглядом в балдахин, я могла только представлять и ужасаться тому, что могло произойти прошлой ночью.
Шея горела огнем, и я усердно терла ее, силясь избавиться от неприятного ощущения. Перекрутившись, я скатилась на пол, надеясь, что в таком состоянии меня никто не потревожит. Но, как обычно это случается, в дверь постучали, и, не спрашивая разрешения, открыли.
Я стащила вконец скомканную простынь и прикрылась ею, уничтожительно глядя в дверной проем.
Медленно вылезла темноволосая макушка, освещаемая свежими, утренними лучами солнца. Блеснули изумрудные глаза и старший брат, не изменяя своей привычке, заложив руки за спину, гордо прошествовал по комнате, осматриваясь и светясь от счастья.
Самодовольный индюк.
Я закатила глаза, увидев свою черепушку. Подтянувшись, схватила декоративную подушку из бархата, украшенную странными зелеными пятнами и не целясь, метнула наугад. Он увернулся от летящего снаряда одним движением головы, прищурившись, изображая глубоко обиженного человека.
— Чего тебе?
Вымученно выдохнула я, силясь подняться обратно на мягкую перину. Он спешно, широкими шагами подошел ко мне, и взяв под руки, вернул на кровать. Я перекрутилась на другую сторону широкой ложи, подперев голову рукой.
— Я не собираюсь тебя благодарить
Он усмехнулся:
— Мне без надобности
— Тогда чего ты пришел?
Я всячески задирала его, выводя на эмоции, пытаясь этим заглушить свою боль. Алан тоже закатил глаза, пародируя мою мимику, и по-хозяйски раскрыл окно.
Со стороны улицы послышались утренние голоса занятых делом провинциалов, спешащих по делам и нежное пение счастливых птиц. Но сейчас мне казалось, что кому-то доставляет большое удовольствие бить меня по голове стальным молотом.
— Пытка — выдохнула я
Алан негромко рассмеялся:
— Это ты еще не знаешь, зачем я пришел
Я выгнула бровь:
— Избегаешь свою невесту? Какой отвратительный поступок, Алан. – я помолчала и выпятила дрожащую нижнюю губу — у тебя хотя-бы есть право выбора. У меня же все предопределено еще до рождения.
Брат присел рядом:
— Я знаю что ты чувствуешь, Сиерра. Я ничего не могу сделать, но дам слово, что если он хоть пальцем тебя тронет без твердого согласия, я скормлю его руку ему же, пока его тело будет медленно покачиваться на ветру.
Я тепло улыбнулась и одновременно ужаснулась.
Еще до моего рождения родители заключили союз с провинцией Огонь в обмен на мою предоставленную руку наследнику империи.
— Прости, просто плохо себя чувствую
Он погладил меня по спине.
— Знаю, поэтому я и пришел
На рельефной тумбе появились склянки и мензурки, из которых предстояло поглотить все содержимое. Я взболтнула в руках мутную жижу.
— И с каких это пор ты заделался гонцом?