— Свадебная поездка наиболее вероятна. Тут уж никто не откажет
Это слово заморозило мои внутренности, но я опять не обратила на это внимания
— В любом случае, все семьи мы увидим в поместье огня. Там уже можно будет поговорить с наследниками, не опасаясь подозрений
Деян удовлетворённо кивнул.
В отдалении чьи-то шажки эхом пролетели по галерее и я напряжённо посмотрела на Деяна, прошептав:
— Кого опять к нам принесло?
В глубине души я надеялась, что вновь увижу Анну, её опасаться не стоит, по крайней мере в том смысле, в котором мы привыкли употреблять это слово. Тем более, нас связывает одно опасное совместное дело и ей не зачем на меня наседать.
Но из-за поворота показалось щуплое тельце Джины. Её руки дрожали, когда она подошла ко мне.
— Простите, Ваша Светлость!
Её голос дрогнул, а на глазах начинали собираться слёзы. Мы с другом лишь молча переглянулись, ни черта не понимая
— Я осмелилась вас обмануть! Он... Он
Она подняла рукав длинного одеяния и показала мне многочисленные синяки на слишком тонких для ребёнка её возраста запястий.
Велле.
Это имя прожигало мне мозг. Казалось, я начну метать камни, мне станут подвластны все стихии, и я спалю это место дотла.
Гнев застилал мне глаза и я не помню как добежала до комнаты родителей, распахнула дверь, чуть не сняв её с петель и через мгновение мы уже стояли около коленопреклонного управителя в одной ночной рубашке.
Около нас стояла Анна, направляя свой суровый взор прямиком на мужа, ошалевшего от резко прервавшегося сна.
Я крепко прижимала к себе Джину, утешающе гладя её по спине, мою же собственную спину прикрывал Деян — надёжнее всех доспехов. Велле что-то невнятно бормотал, а его омерзительные глазки бегали по комнате, ища лазейки, словно крыса, решившая смыться поскорее.
Ничего не выйдет.
Одного взгляда отца хватило, чтобы Деян подошёл вплотную и взял того за волосы, резко, с хрустом задрав голову.
За этой ожесточённой картиной наблюдали лишь я, отец и Алан с Морган, остальные предпочли воздержаться. Мать от положения, сидя сейчас с Юрасом и наблюдая, чтобы он никуда не надумал смыться, Серен от ранимого сердца, оставаясь под защитой крепкой руки Даррела и толстых стен покоев. Но толстых не значит безопасных.
Отец приблизился к потерявшему всякое достоинство мужчине и заглянул в мутные от прожитых лет глаза.
— Ублюдок. Отвечай!!
Взревел он. Игнас поднял ладонь и звонкий шлепок отскочил эхом от дубовых панелей господской спальни. На щеке Велле расцвело, словно цветок, опасный, яркий, красное пятно. Его голова дернулась в правую сторону и замерла там, не в силах смотреть на учинителя правосудия. Этот жест был в большей степени направлен н унижение мужчины, а не доставления каких-либо физических неудобств.
И у отца это получилось. Морду Велле исказила волна отвратительного гнева и он порывался встать, даже не смотря на то, что друг придерживал его практически за шкирку, но на удивление вмешалась Анна.
В поздний час она была одета не в ночную одежду, а в светлое платье с разрезом, в котором я видела её в нашу последнюю встречу. Значит, к тому времени она не спала, и меня, признаться, интересовало, чем она занималась в столь поздний час, но эти мысли отошли на второй план, когда я вспомнила лицо Велле, стянутого за ногу с кровати сразу на пол.
С такими людьми не церемонились.
Анна чётко отработанным ударом ноги дала ему под дых и если бы не рука Деяна, удерживающая его за шкирку, он бы упал и очень хорошо приложился головой об пол. Она плюнула ему под ноги:
— Не хочу ходить по одной земле с тобой
— Раньше тебе это не мешало
Анна не поддалась на провокацию, и Велле разразился лающим смехом:
— Совсем не аристократичное у тебя поведение, любимая жена
Он почти что хватался за пузо, гогочя как умалишённый. мне было приятно наблюдать за его метаниями, ведь он знал, что это — тупик.
— А ты меня аристократкой никогда и не считал, тебе напомнить, любимый муж?
Слова повисли в воздухе и тишину разрезало лишь его тяжёлое, учащённое дыхание. Он внимательнее всмотрелся в её утончённое лицо: