— Выглядишь ты, конечно, точно не для встречи с императором. Хотя, едешь отнюдь ты не на банкет и не на совет.
Велле выглядел действительно плохо. Он привалился на правый бок, в опасно близости и гвардейца, который одним взглядом может оставить того без зубов. Лицо припухло, а глаз не открывался, и меня исследовал только один крысоподобный взор. Когда он заговорил, я внутренне передёрнулась, настолько хрипели его связки:
— Ты пришла чтобы поглумиться?
В его голосе свозила печаль и усталость, но меня это лишь раззадорило, такие существа как он не вызывают жалости.
— А есть какая-то другая причина приходить к тебе?
Он широко улыбнулся и осветил меня выбитыми зубами, губа треснула и из неё полилась ярко красная кровь. Он смотрел на меня, медленно слизывая капли и я уже успела пожалеть, что пришла сюда.
— Ты не представляешь, насколько эта причина важна для нашего будущего.
Я ухмыльнулась. Он же умалишённый, почему я вообще его слушаю? Но, тем не менее, я осталась сидеть на месте, внимательно глядя в его единственный целый глаз и почему-то не желая уходить.
Осколки памяти начали складываться воедино и перед мысленным взором вмиг пронеслись его вчерашние пьяные бредни. Возможно, именно это он хотел рассказать вчера. Я сомневалась и решила ступить на шаткую почву:
— Что, даже в совокупе с твоим пьяным рылом?
Кажется, он позеленел. Открыл рот, чтобы сказать то, о чём немедленно пожалеет и тут же закрыл. Видимо, подумал, что теряет важного «союзника» или единственного человека за миллионы локтей до Мёртвых земель, кто согласится с ним поговорить.
— А ты послушай меня. Не знаю, что моя Анна, — он поморщился, — тебе наговорила, но связана она с плохими людьми
Он пострелял глазом в двух гвардейце, прижавших его побокам. Я рассмеялась. Всё-таки я была не права – это было просто очередное глупое, чисто мужское, желание подставить свою жену. Напоследок сделать какую-нибудь пакость.
— Зачем ты мне это говоришь? Последний шанс подставить жену?
Я давно поняла, что точно не со священниками эта девушка дела имеет. Но всё равно решила иметь ввиду слова Велле, хоть и сказанные от гнилого сердца. Но давать ему поводов для радости я уж точно не желала, поэтому сделала вид, что мне плевать.
— Считай это моей предсмертным желанием сделать хоть толику добра
Я усмехнулась
— Раньше надо было думать. Я большая девочка, сама разберусь.
Послав напоследок воздушный поцелуй, я вышла на свежий воздух.
— Стерва
Судя по глухому стуку и последующим всхлипам, он получил по заслугам. Я снова просияла.
Направившись к нашему паланкину, я вдыхала свежий воздух, имеющий большой контраст по сравнению с воздухом в каморе Велле, может, старик уже начинает попахивать землёй.
Скоро он в ней и окажется.
Запрыгнув в свой паланкин, отказавшись от помощи брата, я примостилась на своём любимом месте, уже по традиции — последняя.
За мной захлопнулась дверца и сестра тут же спросила где я была, понимая что явно не с Деяном, ведь всё это время она обозревала его в моём окне. А значит, это явно нечто интересное.
— К Велле ходила
И тут пружина схлопнулась. Я знала и была готова, врать настроения у меня не было и я стойко приняла все смены настроения на лице мамы:
— Ты понимаешь, что он мог что-нибудь с тобой сделать?
В её голосе сквозил страх, и я не стала отмахиваться, как привыкла это делать. Вместо этого я тепло улыбнулась:
— В этой ситуации бояться нужно было ему
На мою защиту пришёл отец:
— Деян выбрал самых лучших гвардейцев. Так что Велле никуда не денется
Мама покачала головой, всё ещё расстроенная, а я глянула в окно, когда паланкин закачался и двинулся вверх по дороге.
Отец прокашлялся, привлекая к себе внимание:
— Мы немного изменили маршрут
Все сразу зашушукались, а мама просто улыбнулась. Видимо, они не раз обсуждали эту тему. Может, это даже была её идея.
— Сделаем пару небольших остановок по пути во дворец