Услышав, как за нами закрывается замок, Велле вновь прильнул к решётке, хватая меня за подвязанный рукав рубашки:
— Не уходи, он чувствует силу, которой она тебя пропитала и не приближается!
— Я не уйду, только если ты расскажешь мне правду.
Сказал я и пытался вглядеться в мутные глаза старика. Но он поджал губы и со стоном завалился на пол.
Я провожал его падающее тело взглядом, пока выходил из коридора вместе с сопровождающим. Эта картина мне мерещилась до тех пор, пока мы не поднялись во дворец, оставив после себя горький привкус печали.
Кого бы там не видел бывший управитель юга, он должен дожить до Суда.
И что это за чёртова сила, которой меня пропитала она?
СИЕРРА
Служанка ушла, оставив нас втроём в комнате Анны. Жутко недовольной Анны.
И да, втроём.
Трое надежно хранят секрет, если двое из них в могиле.
Недовольно сказала девушка и кинула злобный, полный негодования взгляд в сторону Серен, которая усиленно делала вид, словно интересовалась искусством с малых лет, разглядывая цветастые витражи на окнах.
— Она и так всё знает, будет лучше, если у нас не будет тайн друг от друга, тогда будет выше шанс того, что можно избежать неприятностей.
— И вообще-то, нас четверо.
— Что?
Одновременно с Анной спросили мы у Серен, внезапно подавшей голос.
— Четверо знают секрет Си и посвящены во все тайны Семари.
Сказала она таинственным голосом изображая руками какие-то пугающие, по её мнению, фигуры.
— Ещё лучше, — заскрежетала зубами Анна и исчезла в проёме своей спальни, выкрикивая оттуда, — четвёртый Деян, верно?
Наше молчание стало достаточно красноречивым ответом и вернувшаяся девушка, неся в руках трубки и склянки с бинтами, устало закатила глаза.
— Ты чуть ли не кровью добивалась от меня клятвы, что я не выдам твою тайну, а сама так легко рассказала её этим двум?
Она повела рукой в сторону Серен, и мне показалось, что я даже услышала горечь обиды в её голосе. Но резко одёрнула себя, понимая, что поимела большой риск, выдавая гложущие мою душу события этой девушке. В конце концов, она мне никто, а эти люди – моя семья, хоть и не все из двух человек родные по крови.
В конце концов, это не главное.
— Я могла вообще ничего тебе не рассказывать, Анна.
Она легко повела плечами:
— В таком случае, ты осталась бы ни с чем. Я могу тебе помочь, как и Сент. Но вот твоя сестра и твой телохранитель… Кто они, Сиерра, — прошептала рыжеволосая девушка с острым личиком, подавшись вперёд, — Кто они для тебя? А вдруг они предатели?
— Остановись, — оскалилась я, совершенно не подобающим дочери наместников образом, — ты не знаешь о чём говоришь, пожалеешь. Они люди, которые заслужили моего доверия, о тебе я не могу сказать того же. Как и ты, они тоже являются моими помощниками, без которых мне было бы туго.
Чего только стоит снадобье, полученное от романтического интереса моей сестры.
— Меньше знаешь – меньше выдашь на пытках.
Я уставилась на неё ошарашенным взглядом, не совсем веря в услышанное.
— Пытках?
— Совершенно верно. Пытках, —- девушка повторила это слово, словно пробуя его на вкус, словно оно доставляло ей исступленное наслаждение, — ты ведь не думаешь, что всё узнанное вами останется в секрете?
— Я не тешу себя ложными надеждами, но надеюсь, что информация просочиться не через тебя.
Анна задорно улыбнулась, словно мы говорили не об измене империи, а о вечернем выходе в театр.
— Мне это тоже не очень интересно. Видишь ли, моя жизнь мне дороже. Даже если я вас и сдам, пройдёт не сильно много времени до того, как меня признают соучастницей.
Я замолчала, думая над тем, что Анна возможно права. Она ни разу не дала мне повода усомниться в ней и её намерениях. Она всегда помогала и мне и Сенту, и ей можно доверять, раз он доверяет ей.
Прежде чем я нехотя признала её правоту, сестра, о присутствии коей я забыла произнесла: