— Трудно найти свободное животное, — бормотал он, лихорадочно перебирая книги на полках, — вот «Ястреб Арнон на Олимпиаде», «Веселая улитка Куку», «Рассказы кенаря Моше» — он убегает из дому, чтобы стать антрепренером…
— Есть! — воскликнул я. — Дождевой червь!
— Двадцать три издания, — вздохнул издатель, — «Червячок Густичек путешествует к морю». Он удрал из дому. Неплохие приключения. Садится на корабль.
— Как?
— Спрятался среди партии джипов.
— Понимаю. Так, выходит, мне не осталось ничего, кроме клопа…
— «Клопик Цопик обманывает таможню». Вышло осенью. Он убегает из дому через заднюю калитку, совсем неплохо…
— Змеи были?
— Множество. «Симпатичная гадючка Злючка в передвижном цирке». Она подружилась с соседским мальчиком, и они убегают из дому вместе с комариком Мариком…
— Карп?
— «Карпик Арпик в ВВС».
— Улитка?
— «Веселые улитки Чукки и Гекки». Близнецы убегают из дому, который у них на спине, но возвращаются обратно из-за холода.
— Ладно, — вздохнул я, — морская губка.
— Замечательно, — лицо издателя осветилось, — кажется, этого еще не было. Но вам нужно писать быстро, пока другие не узнали, иначе через две недели появятся три разные версии…
— Положитесь на меня, вы можете уже печатать в каталоге анонс: «Губка Любка приходит в город».
— Бегите!
Я задыхаясь побежал домой. Утром закончил первый том серии. Совсем неплохая история: Любка убегает из-под родительского крова, чтобы стать кухонной губкой в столице, но после множества приключений возвращается домой. Думаю, она вернется на джипе. Проверенный вариант.
Сложные игры с какао
Мой рыжий сын Амир ест плохо. Он попросту не любит жевать, таким уж он родился. Опытные мамы предложили нам морить его голодом — то есть не давать ему есть несколько дней, пока сам не попросит. Ну, так мы не давали ему есть несколько дней, и он настолько ослаб, что стал ходить на четвереньках. Мы отвели его к профессору — специалисту по питанию детей. Профессор лишь мельком взглянул на нашего сына и спросил:
— Не ест?
— Нет.
— И не будет.
То есть, исходя из своего богатого опыта, профессор понял, что ничего сделать нельзя, у ребенка желудок как у птички. Мы заплатили профессору приличные деньги за осмотр и теперь кормим нашего сына с утра до вечера, руководствуясь принципом «в поте лица своего будешь есть хлеб». У меня и у женушки не хватает нервов, но, на наше счастье, отец моей жены нашел в этом смысл своей жизни. Он рассказывает Амиру дурацкие истории, ребенок открывает рот и забывает не есть…
Главная проблема — это какао. Этот питательный напиток необходим для развития организма Амира, поскольку содержит витамины, минералы и двуокись углерода в больших количествах. Поэтому дедушка каждый вечер запирается с Амиром и со стаканом какао и через какой-нибудь час-полтора появляется дрожащий всем телом и вымотанный до предела, но с доброй вестью:
— Он выпил какао…
Перелом случился на исходе лета. Однажды дед вышел из детской в неописуемом волнении:
— Он выпил все какао!
— Как вы это делаете, черт побери?! — удивился я.
— Я сказал ему — давай обманем папочку, — раскрыл дедушка свой секрет, — наберем полный стакан воды из-под крана и скажем тебе, что он ничего не выпил. Ты жутко рассердишься, и тогда мы признаемся, что обманули тебя…
Мне весь этот фокус показался довольно примитивным, но под влиянием жены («главное, чтобы ребенок выпил какао») я принял в этом участие.
Дед вышел из ванной со стаканом мутной гадости в руках:
— Амир ничего не выпил.
— Ой, как я сержусь, — ответил я, — я просто места себе не нахожу. Ну, тогда я сам выпью какао…
Глаза Амира сверкали как бриллианты, когда я попробовал эти помои и выплюнул их струей:
— Фу, что это? Это же вода!
— Обманули! Обманули!
Амир исполнял необузданные танцы и орал, но главное, что ребенок выпил какао, так говорит жена.
На следующий день все повторилось. Дедушка пошел в ванную, ой, как я сержусь, я просто места себе не нахожу, выплюнул струей (это — самая естественная часть во всей церемонии), обманули, обманули. С тех пор каждый вечер культ какао повторялся, в точности, как хорошо смазанный швейцарский счетчик на автостоянке. С августа даже без дедушки. Амир сам ходил в ванную, ой, как я сержусь, обманули, танцы, бриллианты…
Все это начало меня немного беспокоить.
— Дорогая, — спросил я жену, — наш ребенок идиот?
Меня все время занимал трудный вопрос: а что по этому поводу думает сам мальчик с красивыми глазами? Что я каждый вечер забываю то, что происходило здесь на протяжении предыдущих месяцев? Что я до такой степени туп? Жена полагала, что это не важно, лишь бы ребенок пил какао.