— Марк Альбертович отказался от лечения, не так ли? — уточнила Вероника.
— Верно, — кивнул Евгорский. — Он сказал, что двух лет, а это максимум, который я спрогнозировал, ему хватит, чтобы решить все свои дела.
— И вы даже не попытались его отговорить? — спросил Воронцов, нахмурившись.
— Ему было восемьдесят, да и, если честно, шансы были невелики. Думаю, Марк Альбертович захотел дожить отведенный ему срок не в больнице под капельницей, а со своей семьёй, — пожал плечами мужчина. — Это всё, что вы хотели узнать?
— Да, — кивнул Воронцов, поднимаясь на ноги.
— Медицинскую карту Вы можете спросить внизу, Алла Сергеевна сделает для вас копии.
— Спасибо, — кивнула Вероника и, дождавшись, пока майор выйдет, задала последний вопрос. — Вас связывали какие-либо отношения, помимо рабочих, с Софьей Нестеровой?
— С чего Вы взяли? — нахмурившись спросил мужчиной, но он не выглядел оскорбленным.
— Вы сразу поняли о ком мы спросили, хотя, по Вашим словам, Вы не работали с Софьей и почти не пересекались, — объяснила женщина.
— Софья была красивой девушкой и, безусловно, привлекала взгляды, — задумавшись протянул мужчина, старательно подбирая слова. — Но я…, если Вам интересно, предпочитаю женщин постарше, — усмехнулся он, пройдясь по Веронике оценивающим взглядом.
— До свидания, Леонид Данилович, — кивнула она, выходя из кабинета.
— Всего доброго, — кивнул мужчина. Как только дверь закрылась он облегченно выдохнул, упав на спинку неудобного деревянного стула. — Ну и денё-ёк, — протянул Евгорский, доставая из кармана белого халата новый телефон последний модели. Подарок.
Глава 20
Евгорский смотрел из окна своего кабинета на парковку, где разговаривали майор Воронцов и Вероника Александровна. Ему было трудно оценивать незнакомых людей, да и понять их по жестам был явно, не его конёк, но почему-то эта пара привлекала взгляды. Леонид не знал ничего о женщине и мужчине, которые просто работают вместе, но они смотрелись так гармонично, будто были созданы друг для друга. Доктор не был наивным мальчишкой и давно вырос из того возраста, когда люди всё еще верят в любовь. Но, глядя на пару, которая о чем-то беседует внизу и, чьи улыбки видны ему даже из окна второго этажа, он готов был вновь поверить в красные нити, связывающие людей навсегда. В конце — концов сам мужчина был однажды настолько очарован, что готов был пойти на всё, ради той, что воплотила его мечты в реальность.
— Куда мы теперь, майор? — спросила Вероника Александровна, когда они вышли на улицу. Дул холодный ветер, она поежилась, твидовый пиджак особо не грел.
— Я поеду в отдел и отдам Елагину эти документы на проверку, а Вы, Вероника Александровна, можете ехать домой, — ответил мужчина, пожав плечами. Он скрутил в конус сканы медицинской карты и результаты анализов Марка Альбертовича и положил их во внутренний карман пальто.
— Почему Вы вечно хотите меня спровадить, майор, — расстроено произнесла женщина, хотя всё это время старательно скрывала своё недовольство. — Я знаю, что Вы не доверяете мне, как, собственно, и никому в этом мире, но это не значит, что…
— Пока Вы не наговорили ничего лишнего, Вероника Александровна, — вздохнув прервал её Олег, доставая ключи от машины. — Прошу, замолчите.
— Не нужно затыкать мне рот! — грубо произнесла Вероника, которой надоело терпеть холодность и грубость со стороны мужчины.
— Я всего лишь хотел сказать, что после того, как завезу документы Елагину — отправлюсь домой, — спокойно произнес Олег, даже не обратив внимание на подобный тон. — Если Вам будет легче, то впредь больше не буду пытаться спровадить Вас, хорошо? — спросил он, приподняв светлую бровь.
Олег сам не понимал, почему не злился, как прежде, отчего у него больше не было желания держаться подальше и, самое главное, с некоторых пор майору больше всего на свете не хотелось обижать эту женщину. Она стала что-то значить для него? Сущий бред! Он бы никогда не обратил на неё внимание, проходя мимо, или вряд ли бы захотел пригласить её на чашку кофе. Только сейчас, смотря в кошачьи глаза, ему хочется предложить подвезти Веронику Александровну до дома и напроситься на чашку чая…
— Хорошо, — кивнула женщина, опустив взгляд в пол. — Простите за мою реакцию, — произнесла она, снова поднимая взгляд и встречаясь с холодными небесно-голубыми глазами.