— Спасибо за лесть, у мамы все хорошо, — ответила девушка, легонько похлопав мужчину по широкой спине. — Ну что, пообщались, увидимся через год, — усмехнулась, делая шаг назад.
— Так быстро? — удивленно спросил Сан Саныч, его темные брови взлетели к линии таких же темных волос с проседью.
— А когда это наши встречи длились больше, чем пару минут? — спросила Вероника с нотками сарказма в голосе, в глубине души радуясь, что её эмоциональное состояние вернулось в норму.
— Вероника, — недовольно произнес мужчина, будто она сказала какую-то несусветную чушь.
— Что? — развела руками Вероника. — Что ты еще от меня хочешь? Я уже выросла из того возраста, когда мне нужен был папа и сейчас не намерена закрывать гештальты детства, уж извини!
— Мы можем поговорить? — вздохнул полковник, потирая переносицу. — Есть серьезный разговор, — он прошел к своему столу и сел в кожаное кресло. Девушка осталась стоять, чем быстрее она покинет этот кабинет, тем быстрее окажется в собственной квартире, где примет душ и забудет о своем биологическом отце еще, как минимум, на год.
— Да, только быстро, — вздохнула она, складывая на груди руки. — У меня работа.
— Ах, я и забыл, что ты чистишь головы преступникам, — нахмурился мужчина, постукивая кончиком ручки по столешнице стола — кажется, кто-то нервничал. Ему явно нужна была её помощь, вот только вопрос — в чем?
— Если человек не желает работать врачом, полицейским или учителем за копейки, это еще не значит, что он преступник, — закатила глаза Вероника. Еще одна причина, по которой она ненавидела подобные встречи. После того, как девушка отказалась идти работать в органы, окончив Академию МВД, полковник закатил скандал и теперь при каждом удобном случае напоминает ей о своей точке зрения на этот счет.
— Ты еще скажи, что они платят налоги, — фыркнул он в ответ.
— Да даже, если и не платят — это не мое дело! Я не слежу за тем, закапывают ли ночью они у себя в саду трупы, кого грабят и кого крышуют!
— И очень зря, такими темпами и ты окажешься у них в саду! — рявкнул мужчина.
— Не волнуйся, как только мне будут угрожать пистолетом, я сразу же позвоню доблестному полковнику Радову и ты меня спасешь, — раздраженно произнесла Вероника, поджав губы.
— С тобой просто невозможно разговаривать, — покачал он головой, сцепляя руки в замок. — Но сейчас у меня нет выбора, мне нужны твои профессиональные навыки психолога.
— И с каких пор тебе нужна психологическая помощь, — съязвила она. — Ты же считаешь психологов шарлатанами, — хмыкнула, внимательно смотря в светло-серые глаза. — Что-то изменилось?
— Мне не нужна психологическая помощь, — сквозь зубы процедил полковник. — Но мне в отдел нужен психолог, у нас нововведение, — хмуро объяснил он, явно недовольный таким исходом событий.
— Предлагаешь мне работу, серьезно? — усмехнулась девушка, не веря собственным ушам. Когда она впервые сказала ему о своем решении поступать в Академию МВД мужчина был счастлив, но узнав о выбранной Вероникой специальности его счастье поубавилось. Дело в том, что для полковника Радова существовало только три настоящих профессии — врач, учитель и полицейский. Исключением являлась лишь научная деятельность, а профессором она так и не стала, даже в области психологии.
— Да, — кивнул он. — Понимаю, что это неожиданно, но я надеюсь, что ты согл…
— Нет! — воскликнула Вероника, не дав ему договорить. — Кажется, мы говорили об этом пять лет назад, когда я отказалась идти работать в полицию. И за эти пять лет мне не приходилось жалеть о принятом тогда решении.
— Поверь, будь у меня варианты, я бы не предлагал эту должность тебе, — протянул полковник, устало вздыхая.
— Не знаю принять это за комплимент или за оскорбление…
— Просто согласись на работу, а потом можешь язвить и паясничать сколько влезет! — воскликнул Сан Саныч, у которого, кажется, действительно не было выбора. Вероника не знала зачем ему понадобился в отдел психолог, еще и так срочно, но она не собиралась в этом участвовать. Уж точно не за нищенскую зарплату полицейского.
— Ты сейчас пытаешься надавить на жалость? — усмехнулась она. — Мой ответ прежний, — пожала плечами.
— Давай сразу перейдем к условиям, — вздохнул полковник, сдаваясь. Это, конечно, прекрасно, но в действительности у Вероники не было никаких условий, ведь она не собираюсь работать в полиции. Её жизнь её полностью устраивала и что-то менять в ближайшее время она не планировала.