Как только Павел ушёл, сразу же стало некомфортно. Чтобы не терять времени зря, я попросила официанта вызвать шеф-повара. Мы так давно не виделись с Юрой, что хотелось посмотреть, как он изменился.
Но я не успела направиться в сторону здания ресторана — сбоку послышался звон разбившегося бокала и звук хлёсткой пощёчины.
Глава 7
Повернувшись в сторону шума, я увидела огорчённого Павла и Арину, медленно опускающую руку. Она смотрела на бывшего возлюбленного разъярённым взглядом, желая, кажется, ещё раз его ударить.
— Успокоилась? — тихо, но устрашающе спросил Павел.
— Нет! — гневно крикнула девушка, словами плюнув в него. — Мы расстались неделю назад, а ты уже в открытую флиртуешь с другой! Хочешь сказать, это нормально?
— Идём, я посажу тебя в такси, — он аккуратно взял её под локоть. — Поговорим, когда протрезвеешь.
— Не хочешь портить безупречную репутацию? — Арина рассмеялась. — Конечно, идеальный Новиков! На твоей белоснежной славе не должно быть чёрных пятен!
— Хватит, — Павел повёл девушку к выходу. — Мы и так устроили здесь грандиозное представление.
Он говорил это так спокойно, так безэмоционально, что, казалось, его совершенно не трогает девичья истерика. Проходя мимо, Павел даже не посмотрел на меня, а Арина, желавшая остановиться, уже буквально схватилась за мою сумочку, но мужчина в последний момент силой вывел её с террасы.
Я чувствовала, что их разговор шёл обо мне, и мне неожиданно стало не по себе — словно это я стала причиной их расставания. Хотя на самом деле это было неправдой. Сразу же взгляды окружающих стали казаться косыми, осуждающими, и я, чтобы не испытывать лишнего смущения, собралась поехать домой. Но в последнюю секунду меня окликнули.
— Поля! — довольно воскликнул Юра. — Какими судьбами? Я так рад тебя видеть!
— Привет, — я натянуто улыбнулась, по-дружески его обняв. — Мне кажется, или ты стал больше? Откуда такие огромные плечи? А руки? — удивилась. — Такой здоровенный!
Юра действительно выглядел прекрасно — высокий, подтянутый, видный. От бывшего одногруппника, который даже занятия физкультуры не посещал, не осталось и следа.
Отойдя в сторону, мы сели на небольшую лавочку, расположенную под большой берёзой, скрывающей нас от посторонних глаз.
— Как ты поживаешь? — спросила я, с интересом разглядывая, как мне казалось, незнакомого мужчину. — Слышала, недавно прошёл обучение у Владимира Мухина. Как тебе удалось попасть на его курсы? Говорят, очередь записана на полгода вперёд.
— Повезло, — Юра пожал плечами. — У меня всё хорошо. Дом, работа, дом, работа — всё как у всех. Лучше расскажи, как ты?! Я думал, вы давно перебрались в Москву. Тебя же звали работать в «Метрополь».
— Не сложилось, — я грустно улыбнулась. — Да и муж не хотел — бросить отцовский бизнес никак не мог.
— Но вы же вроде бы развелись? Почему сейчас не попробовать перебраться в столицу?
— Уже не хочу, — усмехнулась. — Здесь вся моя жизнь — друзья, родители, ресторан... Да и возраст не для необдуманных поступков. А вот почему ты застрял здесь, я правда не понимаю.
— Может, мы бы и перебрались в город крупнее — Роме нужны курсы постоянной реабилитации. Но два года назад мама неудачно упала и сломала шейку бедра. Операцию сделали, но без нас она как без рук. Вот и приходится разрываться на две семьи.
— Сочувствую.
Я знала, что в семье Юры произошло сразу два несчастья: травма матери и неудачные роды жены, повлёкшие за собой тяжёлую болезнь ребёнка. Поэтому меня восхищали его трудолюбие и сила духа, с которой он смог преодолеть всё это и стать успешным шеф-поваром.
— Юрий Станиславович, извините, что отвлекаю, — к нам подошёл официант, — но не могли бы вы прийти в кухню? Кажется, повар разбил дорогую бутылку вина для завтрашнего банкета.
— Поль, простишь меня? — Юра встал. — Я пойду.
— Конечно, — улыбнувшись, я поднялась за ним. — Была рада тебя повидать...
Не желая больше возвращаться на террасу, я взяла такси и поехала домой.
***
Тёплая вода и потрясающий запах шоколада, исходящий от ароматизированной свечи, расслабляли тело и разум. Несмотря на недавний отдых в Исландии, за последние недели я успела изрядно устать. По вечерам в ногах и руках была сильная слабость, и только горячая ванна могла привести меня в чувства.