– Они не будут атаковать. – не отрывая взгляда от экрана, произнёс отец.
– Что? – вступила в разговор Катя. До этого момента она молчаливо сидела, держа на руках Егорку. Своим видом она показывала обиду и отчуждение, совмещённое со страхом загнанного кролика, который не знает, что делать дальше.
– Я говорю, что атаки не будет. Информация для гордости вдохновения. Все, кто является важным лицом в МО, наверняка уже «осёдланы», это логично. Мы можем рассчитывать только на себя. Беда в том, что трудно воевать с тем, кого не видишь.
Пётр сглотнул, во рту пересохло.
– У нас есть питьевая вода? – осведомился хозяин.
Будто ждав, чего-то подобного, Виталик подскочил и выбегая из комнаты кинул: «Я сейчас, принесу, на кухне есть бутыль воды».
Пётр не успел что-либо сделать, как сын уже выскользнул из комнаты.
Виталик пересёк гостиную и зашёл на кухню. Тут было темновато. В темноте он различил формы девятнадцатилитровой бутылки, стоящей в углу, возле окна. На улице шёл дождь, очевидно он начался сразу, как отец вернулся, так как сейчас он лил сильно, затопляя мелкие ямки на гравийной дорожке. Периодически территорию участка освещал прожектор, вечером работавший по временному интервалу. В его свете капли дождя летели вниз, словно метеоритный дождь, достигая земли разбиваясь и разлетаясь на мелкие останки. Виталик завороженно смотрел на лужи, с крупными пузырьками, гарцующими на беспокойно поверхности. Сын вспомнил зачем он пришёл и открыв шкаф, достал большой стакан. Поставив его под гран нажимного клапана, он начал усиленно нажимать. Ему было очень приятно угодить отцу, сделать что-то полезное для него, быть нужным и полезным. С напором вода хлынула в стакан, быстро наполняя его, заметив это Виталик остановился, но было поздно, вода перелилась через край и сейчас уже стекала на пол, образуя лужу. Мальчишка не растерялся и схватив тряпку из раковины, быстро стал ликвидировать случившееся «наводнение». Ну вот, дело сделано, присев на корточки, Виталик дрожащей рукой, осторожно поднял стакан, и сделал глоток, чтобы предотвратить расплёскивания по пути в отцовский кабинет. Сделав два глотка, он встал и решил посмотреть на просвет, сколько осталось до края. Парень поднёс стакан к окну и в тот момент, когда прожектор включился, глянул на уровень воды. До края было ещё два пальца, можно нести стакан отцу. Взгляд его упал на то, что происходило за пределами дома. Будто парализованный восьмилетний герой застыл от увиденного. Он хотел пошевелиться, но увиденное его не отпускало. За окном, в трёх метрах от дома, висел жёлтый плед, тот самый, который отец оставил в машине. Висел в воздухе, без какой-либо поддержки. Полностью мокрый от дождя плед, словно песчаная гора на пляже с вершиной и основанием, висел в воздухе. Мальчик, словно завороженный смотрел на это и не понимал, как это возможно. Внезапно, плед двинулся в сторону, потом замер и начал медленно разворачиваться в сторону окна кухни. Когда это развернулось, сын отчётливо увидел нишу, в пледе. Нишу, в которой ничего не было. Словно плед облегал что-то, покрывал, спасал от дождя, а там, где ниша, очевидно должно было быть лицо. Лицо с глазами, которые сейчас, очевидно, таращились на него, словно охотники, следящие за жертвой. Свет погас и Виталик интуитивно почувствовал движение этого в его сторону. Он выронил стакан и просился бежать. За спиной раздался удар и звук разбиваемого стекла. Парень нёсся через гостиную, пытаясь выдавить из себя крик ужаса, но страх сковал его голосовые связки. На средине помещения он увидел дверь, открывающуюся в отцовский кабинет. Это был свет спасения, нужно быстрее добраться туда.
Услышав звон бьющегося стекла Пётр подскочил и бросился к двери, чтобы скорее помочь сыну, распахнув дверь он увидел фигуру сына, бегущего с кухни. Сын сбил его с ног, влетев пулей в комнату, вцепившись в него от страха извне. Отец быстро захлопнул дверь и повернув задвижку замка. Держав в объятиях отпрыска, Пётр гладил его по голове и пытался успокоить. Сквозь сопли и слёзы, сын что-то пытался донести до всех. Спустя полминуты, стало понятно. Старший повторял одно и то же: «Монстр здесь, монстр в доме».