Среди девочек вновь поднялось злобное хихиканье. И как только рука была убрана, мне ничего не оставалось, кроме как вернуться домой, подобно побитой собаке. Плечо ныло весь оставшийся день, а ближе к вечеру я обнаружила под футболкой огромный синяк.
Было так сильно обидно. Так сильно, что… что и слово подходящего не подберёшь. Стоявшая днем прекрасная погода исчезла в тот же миг, и над городом начался сильный, затяжной ливень, но мне было всё равно. Вот как так? Почему я ничего не сказала? Но с другой стороны, а что мне надо было сказать? Они меня напугали. Очень. И в то же время их слова такие жестокие…
Настроение было подавленным. Слышала, как барабанил дождь по окнам и гром сотрясал землю, но мне было всё равно. Просто залезла на кровать и спряталась под одеялом, словно это способно решить все мои проблемы. Но нет… Их слова… Снова и снова прокручивала в своей голове. Они словно вернули меня с небес на землю. Снова почувствовала себя так, словно нахожусь в семейном особняке, где единственное более-менее безопасное место — это моя комната. Возникает желание спрятаться. И ничего не делать… Вообще ничего.
Со стороны коридора послышались шаги и лёгкий скрип половиц, но я и на это не обратила внимания, ссылаясь на слуховую галлюцинацию. Всё же за окном ливень. Мало ли что может показаться?
И всё же не показалось…
— Пирожочек, я вернулся, — услышала в дверях, после чего увидела, как в комнату вошёл с ног до головы промокший Рокудо Мукуро, у которого с синих волос крупными каплями на пол стекала вода. Словно от только что из озера вынырнул. — Фу-фу-фу, ну и погода разбушевалась. А ведь синоптики обещали на все выходные солнце и лёгкий ветерок. Неужели так ошиблись?
— Здравствуй, Мукуро-семпай, — отозвалась я монотонным голосом, не вылезая из своей кровати. — Рада тебя видеть…
— Оя-оя, не на такой радушный приём я рассчитывал, — протянул парень, задумчиво наклонив голову набок. — Пирожочек, похоже, ты хочешь со мной поговорить. — За окном вновь сверкнула молния, освещая небосвод, а следом за ним ударил гром, сотрясая всё здание. — Хм-м-м… — Мукуро эта картина не очень удивила, но и не обрадовала. — Да, поговорить нам определённо стоит.
Я особо хозяйничать не хотела, а проявлять гостеприимство тем более. Не спорила с Мукуро и ни на чем не настаивала. Да и говорить, как мне казалось, не хотела. Парень сам принялся что-то делать у меня дома. Вначале он направился в ванную и принял там горячий душ, а когда вышел, то тут же пошёл на кухню. И только через полчаса позвал меня. Вернее, не так: вернулся в мою комнату, схватил за края одеяла так, чтобы я была словно в пакетике, и заставил встать с кровати. А когда я медленными шагами всё же пришла на кухню, то заметила, что на кухонном столе уже дожидались нас две чашки горячего чая и вазочка с шоколадными конфетами, которые так любил Мукуро.
— Что ж… — произнёс парень, садясь на другой стул, что находился напротив меня. — Начинай.
И я начала…
Сама не знаю как, но решила поделиться с парнем тем, что произошло сегодня. Если подумать, то за последнее время много, что произошло. Но большая часть из этого была той историей, которой я делиться не хотела. Вообще ни с кем. Но я рассказала, что мы с Хаято вроде как… нашли общий язык, вот только абсолютно все хотят, чтобы мы больше не общались. А ведь мне так это нравится. И где справедливость? Разве я хотела что-то плохое? Нет. Как раз наоборот. Мне бы хотя бы с ним дружить. А тут эти девочки… Страшные… И злые…
Не пойду завтра в школу. И вообще её брошу. Иначе они меня найдут и…
— Оя-оя, и что тогда? — спросил Мукуро, вводя меня в некое состояние ступора. Разве это не очевидно? — Ку-фу-фу, пирожочек, в чём-то ты права, эти, так называемые, девушки, действительно не желают тебе добра. И более чем уверен, что при вашей следующей встрече они попытаются ещё сильнее тебя напугать.
— Тогда я тем более не буду больше ходить в школу…
— Хорошо, — пожал иллюзионист плечами. — Решать тебе. Однако перед тем, как выбрать окончательное решение, подумай над тем, что ты приобретёшь, а что потеряешь. Ты останешься цела и невредима, хотя не точно, но ведь и потеряешь кое-что важное, не так ли? — Я задумалась. Потеряю? Я потеряю Хаято. Вернее, возможность быть с ним. Или хотя бы видеть его…
— Да… — тихо кивнула я. — Потеряю…
— Неужели оно не стоит того, чтобы за него боролись? — спрашивал Мукуро, мягко улыбаясь.