— Ладно. А что хочешь?
— Чтобы ты заткнулся.
— Понял.
Уже традиционный обмен любезностями благополучно завершён — допив остатки латте, Торп быстро оставляет чашку в раковине и уже намеревается покинуть столовую, чтобы предотвратить возможное покушение на убийство.
Но тут же останавливается, напоровшись на особенно колючий взгляд Аддамс.
— Что-нибудь ещё хочешь? — безошибочно угадывает он.
— Помой кружку. Она омерзительно пахнет, — шипит она и брезгливо кривит вишневые губы.
— Уэнсдэй, она ничем не пахнет, — Ксавье не может сдержать лёгкой усмешки, которая явно ещё больше усиливает её раздражение.
— Она. Пахнет. Омерзительно, — ядовито чеканит Уэнсдэй, выделяя каждое слово.
Тонкие пальчики с силой сжимают бутылку минералки — прозрачный пластик жалобно трещит. Торпу совсем не хочется, чтобы эти пальцы секунду спустя сомкнулись на его горле, поэтому он покорно возвращается к раковине и быстро споласкивает злополучную чашку.
— Пойдём в гостиную? — предлагает Ксавье, хотя уже заранее знает, что ответ будет отрицательным.
И верно — Аддамс мотает головой и в очередной раз закатывает глаза, всем своим видом демонстрируя, что его общество сейчас — крайне раздражающий фактор. В такие моменты трогать её лишний раз не то что неблагоразумно, а попросту опасно для жизни, поэтому Ксавье предпочитает покинуть столовую в одиночку.
Удобно устроившись на диване, он включает фоном телевизор и открывает макбук. В феврале в канадской галерее состоится выставка, посвящённая молодым художникам-импрессионистам, и в связи с этим знаменательным событием работы выше крыши. Дела неуклонно идут в гору, и это не может не радовать.
А спустя минут тридцать на пороге гостиной появляется Аддамс с небольшой коробкой в руках — судя по относительно равнодушному выражению лица, она сменила гнев на милость.
Усевшись на противоположный конец дивана, она снимает крышку с коробки и извлекает наружу несколько предметов — светлую дамскую сумочку с оторванным ремешком, небольшую чашку с отколотым краем и кулон на тонкой серебряной цепочке. Очередные улики, позаимствованные с места преступления.
Потерев ладони между собой, Уэнсдэй осторожно берёт в руку кулон в форме полумесяца и напряжённо хмурит брови. Ксавье следит за её действиями краем глаза, стараясь печатать потише. Но ничего не происходит.
На лице Аддамс появляется выражение крайней досады — вишневые губы едва заметно поджимаются, лоб пересекает крохотная морщинка. Через несколько секунд бесплодных попыток она тяжело вздыхает и забрасывает кулон на дно коробки, стоящей у ног. Принимается за сумочку, но спустя пару минут и другая улика отправляется на прежнее место.
— Уэнсдэй… — он отставляет макбук на журнальный столик и, придвинувшись ближе к жене, осторожно кладёт руку на её колено. — Может, не стоит так перенапрягаться? Если теория верна, и ваш убийца выходит на охоту раз в три месяца, время ещё есть.
— Не лезь. Ты ни в черта в этом не понимаешь, — Аддамс раздраженно дёргает ногой, сбрасывая его ладонь.
— Зато я понимаю в видениях, — резонно возражает Ксавье, пытаясь воззвать к её благоразумию. — Не забывай, кто мой отец.
Уже пару месяцев в его голове назревала любопытная теория. Торп прошерстил немало сайтов, но никаких научных подтверждений найти не удалось — как ни странно, способность заглядывать в будущее и в прошлое оказалась достаточно редким и малоизученным даром. Впрочем, можно ли говорить о науке, когда речь идёт о настолько парадоксальных вещах?
— Послушай… — он пододвигается ещё ближе, заглядывая в бесстрастное лицо Уэнсдэй. — Что, если твои способности сродни радиоволнам?
Аддамс не выказывает ни малейшего интереса к озвученной информации. Но и не спешит возражать, что побуждает Ксавье продолжить.
— Допустим, твой мозг принимает сигналы в определённом диапазоне… Но допустим, аналогичные способности унаследовал и наш ребёнок, — он осторожно кладёт ладонь на её едва выступающий живот, скрытый тканью просторной чёрной футболки. — Вот только у него это работает на совершенно иной частоте, глушащей ту, что нужна тебе.
— С каких пор ты увлёкся физикой? — Уэнсдэй выгибает смоляную бровь, глядя на Торпа с нескрываемым скептицизмом. — И чтобы ты знал, для глушения радиочастот применяются совершенно иные механизмы.
— Вряд ли экстрасенсорные способности можно привязать к классическим законам физики. Я думаю, стоит поговорить с кем-то, кто…
Ксавье не успевает закончить мысль — раздаётся громкий стук в дверь.