Некоторые мужья не оглядываются на положение Уголовного кодекса и пытаются сами выяснять отношения с обидчиками и попадают в неприятные ситуации. Памятуя об этом, сами жены удерживают супругов от справедливого гнева: не обращай внимания, плюнь, махни рукой! Но когда муж с ней соглашается и приучается отворачиваться от наглеца, обидчика, хама, она же первая в душе, а то и вслух попеняет ему на трусость и безразличие к своей подруге, а дети станут совеститься слабости, обнаруженной тем, в кого они верили.
Еще сложнее положение мужчины в случае конфликта, возникающего у жены на работе. Идти в цех, в учреждение и требовать ответа у притесняющего, унижающего человеческое и женское достоинство? Не в правилах такое! «А ты какое имеешь право в производственные дела вмешиваться? Твоя супруга — самостоятельный и полноправный член нашего коллектива, пусть коллектив и разбирается в конфликте. А ты дома да на улице за нее заступайся». Вот ведь что он услышит. И жена, пожалуй, обидится на такое его вмешательство. Но ведь и не простит «отступничества». И будет испытывать признательность и теплые чувства к «постороннему» мужчине, что на общем собрании или так, один на один, поставит на место зарвавшегося обидчика. Муж-отец это тоже хорошо знает, он не может не испытывать чувства ущемления своих прав и ответственности, которую несет за благополучие всех членов семьи!
Если авторитет матери-жены прежде утверждался вопреки общественным и религиозным установкам, то авторитет отца нередко благодаря им и держался. Теперь уже одной принадлежности к мужскому полу недостаточно для того, чтобы претендовать на уважительное к себе отношение.
…Итак, патриархат никогда не был абсолютным и всеобъемлющим. Никогда он не держался единственно мужскими, но и женскими взглядами и привычками. Отменить его — не значит заменить матриархатом. А вот чем именно, вопрос дискуссионный.
В последнее время споры о том, кому принять на себя звание «главы семейства», тоже приобрели неправомочную остроту. Чего делить? Уже ясно: распределение ролей, прав и обязанностей в современной семье исключает чье-либо диктаторство, если даже дети не терпят насилия. Однако не терпит наш дом и анархии. Некоторые публицисты, выступавшие в прессе по этому поводу, отрицают необходимость семейного «единоначалия», говорят о демократическом устройство первичной общественной ячейки. И этим самым обнаруживают подмену очень важных понятий. Демократию путают с безначалием, безголовьем или с двуглавием. А демократия означает добровольное избрание руководителя подавляющим большинством сообщества и право смены его, если тот не справляется со своими обязанностями.
Дальше. Социальные психологи решительно утверждают: в любом человеческом объединении, коллективе, все равно большом или малом, есть ведущие и ведомые. Причем в зависимости от характера деятельности и условий бытия одни и те же лица могут попеременно выступать то в роли ведущих, то в роли ведомых. Так случается и на производстве, где администратор-лидер становится «ведомым», когда участвует в разного рода общественных организациях. Так это бывает и в семье: по одним вопросам главное решение за отцом, по другим — за матерью, а по третьим — за бабушкой. В домах, где единственный ребенок становится кумиром семьи, вся полнота власти может сосредоточиться в руках вовсе несмышленого существа. Однако распределение ответственности за отдельные «участки» семейного (как и общественного) производства предполагает все же единую ведущую и организующую волю, силу, власть. Эта воля не определяется нынче тем, кто и сколько вкладывает в семейный котел. Мне кажется ошибочным мнение, будто и теперь у кого деньги, у того и власть. Скорее наоборот. У кого сила, у того и деньги. Поскольку же современная семья все чаще из хозяйственной ячейки превращается в соединение по сердечно-нравственному принципу, главой дома и оказывается тот, кто воплощает самую деятельную и благодатную для всех домочадцев «доктрину» и кто сам последовательно и целеустремленно ее осуществляет. Короче, постепенно вырисовывается личность главы семейства, которая все меньше претендует на исключительность и привилегии и все больше берет на себя ответственность за судьбы всех домочадцев.
Убеждена, что большинство женщин-матерей согласились бы сохранить подобную почетную миссию за сильным, мудрым, волевым мужем-отцом. А тот, в свою очередь, без всяких «комплексов» согласится на главенство жены, если она несет в себе это сильное и разумное начало. Но при этом если и жена не будет попрекать супруга за «неказацкое» поведение, самоустранение от руководящей роли, но поможет ему обрести свою сферу влияния в доме, где его слово и авторитет тоже будут решающими. Чтобы действительно не выветрился из наших квартир «мужской дух», чтобы не превратились они для наших детей из «отчего дома» в гостиницу для постояльцев.