Выбрать главу

- У тебя сердце не заболело?

- Да не волнуйся ты так: все у меня нормально, недавно же кардиограмму делал.

А тебе завтра к врачу? Переживаешь? Я с тобой пойду, не бойся.

- Что, прямо в женскую консультацию пойдешь? Туда же мужчины не ходят.

- А я пойду! И плевать мне, что подумают, – лишь бы тебе хорошо было!

Обняла его ласково. Поцеловала в щеку.

- Андрюш, идти никуда не нужно. Я уже сходила сегодня.

Застыл, с тревогой посмотрел на нее.

- Все хорошо, Андрюш, обошлось! И анализы хорошие, и осмотром врач довольна, сказала, что можно…

- Кать…что …можно?…

- Ну, как раньше…

Обнял крепко, стал целовать. А руки уже теребили пуговицы на халате.

Отстранилась немного.

- Подожди, Андрей, мне сказать тебе надо…

- Что, Кать?

- Я очень тебе благодарна, что ты не отстранился от меня, был со мной , понимал меня и ничего не требовал. Я знаю, тебе было нелегко, но остался верен мне - не предал нашу любовь. Спасибо тебе! -Уткнулась ему в грудь, беззвучно заплакала.

- Ты что, Катенька, девочка моя! Как же иначе? Мы же поклялись: и в горе, и в радости, в болезни и здравии, пока…

Зажала ему рот рукой.

- Нет, не говори этого слова! Она не разлучит нас! Мы умрем в один день!

- Обязательно, и еще очень-очень не скоро! Ты мне веришь?

- Я всегда тебе верю, и ничего не боюсь, когда я с тобой.

- Я тоже все могу, когда мы вместе. С тобой я становлюсь сильным, только с тобой!

Сидели какое-то время молча, прижавшись тесно друг к другу. Каждый думал о своем и об одном и том же одновременно. Вдруг он спросил:

- А почему ты в халате? Я думал ты будешь нарядная сегодня.

Опустила глаза, пробормотала что-то невнятно, и он догадался.

- Ты боялась, что я забуду про годовщину и расстроюсь, увидев тебя нарядную?

Какая же ты чуткая, Катюша!

- Хочешь, я переоденусь?

- Нет, совсем наоборот.

На этот раз с пуговицами проблем не возникло, халат упал к ее ногам и он увидел то великолепие, что было под ним.

- О, да ты нарядилась!

- Тебе нравится?

- Очень! Только лучше все снять, чтобы не измять ненароком.

Хотел взять ее на руки, но она испуганно отскочила.

- Нет, Андрей, я сама пойду. Сердце же…

Они лежали, наслаждаясь близостью тел и единением душ. Не торопили события : впереди целая ночь и можно полностью испить радость предвкушения, насладиться каждым мгновением этой чудесной прелюдии к великолепной музыке, ожидающей их впереди.

- Кать…Катенька…я так соскучился, …Катюша…иди ко мне…ближе…я

осторожно…Катенька…

Вздох … .Стон….Андрей….Андрюшенька…

- Честно-честно?

- Честно-честно!

Впереди у них еще много радостей, но и печалей тоже. Там, впереди их ждет время утрат: вырастут дети и уйдут в свою жизнь, состарятся родители и уйдут в небытие. Но жизнь не закончится: у детей родятся свои дети, их внуки, и все начнется с начала.

Главное, чтобы не исчезла, не иссякла их любовь, потому что без нее даже долгая и благополучная жизнь – это только жизнь, а не счастье!

КОНЕЦ

========== Один день.Очень дальний эпилог. ==========

Название: Один день

Рейтинг:

Пейринг: Катя + Андрей

Герои: Катя, Андрей, Катюша, Павел, Люба, Валера, Елена, Михаил, Роман, Маргарита, Андрэ.

Жанр: Зарисовка

Открывать глаза не хотелось: пусть продлится этот чудесный сон! Протянул руку, чтобы

обнять виновницу сна, но подушка была одинока и уже прохладна – значит, Катя давно встала. Жаль, хотя может еще не все потеряно.

- Кать! Ты уже встала?

- Ну, как спалось, господин экс-президент?- спросила шутливо. И уже серьезно:

- Поспал бы еще, тебе же в Зималетто идти после обеда только.

- Давай вместе поспим, еще и, правда, рано совсем! Кать…Я такой сон видел…Как мы в пруду купались, а у тебя капельки воды на губах…Я тогда не решился их поцелуем выпить, и теперь во сне не успел. Кать, а Кать…

- Ладно, подожди, я только плиту выключу, а то каша пригорит.

Когда она вернулась, Андрея в постели не было. Удивляясь себе, почувствовала сожаление, хотя еще пять минут назад ни о чем таком и не думала. Хотела вернуться на кухню, но появился Андрей: умытый, причесанный ,приятно пахнувший ее любимой туалетной водой – он и побриться успел! Она невольно залюбовалась им: все такой же подтянутый, мускулистый. И улыбка прежняя, и в глазах тот же блеск. Волосы поседели, но это его не портит, наоборот, придает этакий шарм. А она постарела: и фигура уже не та, и морщинки на шее и у глаз. Надо взяться за себя, нельзя опускаться при таком муже.

Видимо ее мысли отразились на лице, потому что он спросил озабоченно:

- Катюш, ты чего погрустнела?

- Да вот в зеркале себя увидела…

- Ты у меня самая лучшая! Я тебя всякую люблю!

Обнял, стал целовать, пытаясь одновременно расстегнуть халат.

Она легонько отстранилась и сама сняла одежду.

- Надо же! Всего тридцать лет прошло, а ты уже не доверяешь мне раздеть тебя!

- Там петельки тугие: ты разозлишься, и все пуговицы оторвешь, а мне потом пришивать…

Нырнула под одеяло. Он тут же пристроился рядом. Обнял, задышал прерывисто в затылок, не прекращая целовать свои любимые места: три коротких поцелуя в ушко – «я тебя люблю»; долгий в губы – «хочу тебя»; и опять короткие, быстрые, нежные – по шее ниже, ниже – «желанная моя». Они понимали друг друга без слов: все-таки тридцать лет вместе.

- Кать, а ты из-за меня только, или сама хотела?

- С тобой и не хочешь, так захочешь!

Расплылся в довольной улыбке – ведь знает, и все равно каждый раз спрашивает.

Они оба знают, что она не любит это делать утром, потому что приходится смотреть на часы, а его это заряжает энергией на весь день. Она любит на ночь, чтобы уснуть в объятиях . Он и на ночь не против, хотя у него потом бывает бессонница.

В прихожей раздался звонок

- Андрей! Вставай быстро, Катюшка Ленку с Валеркой привела, а мы все нежимся в постели!

Запахнув халат, бросилась к входной двери. Приглашая дочь и внуков войти, оправдывалась, смущенно опустив глаза:

- А мы с отцом поздно легли вчера: футбол смотрели по телевизору, вот и проспали.

Почувствовала, что краснеет: так и не научилась врать.

Дочь обняла ее за плечи, поцеловала в щеку – будто она, а не мать была здесь старшая.

- Мам, я так рада за вас с папой! Я тоже хочу такой любви! Мам, я разведусь с Мишей. Он хороший, я за ним как за каменной стеной. Но…не люблю я его. И чужие мы с ним. Нам и поговорить не о чем: у него все разговоры про кулинарию, да про детище его –

ресторан. А мне это все неинтересно. Я литературу люблю, а он и книг не читает. Вы меня не уговаривайте, я все равно разведусь.

- А мы и не будем уговаривать. Папа давно об этом говорит. Нельзя без любви жить, мучение это, а не жизнь. Ты еще молодая, встретишь человека, которого полюбишь.

Зря мы тогда не вмешались, позволили тебе с Мишей этим в Питер уехать .Не нравился он нам с отцом, а мешать не стали. Ты сама-то зачем поехала?

- Я Дениса забыть хотела. И бабушка с дедом уговаривали, им Миша нравился очень, а вы молчали. Один Колька-верный друг, отговаривал выходить замуж за Михаила.

- Ты по телефону сказала, что ребятишек на неделю привезешь. Уезжаешь куда? В командировку что ли?