Она так надеялась, что перед отъездом Бен еще раз зайдет проведать ее! Беседы с ним в присутствии матери не особенно устраивали Кэсс, хотя она и понимала, что говорить им не о чем. И все-таки отчаяние смешивалось с надеждой.
Но Бен уехал, даже не попрощавшись с ней, и теперь Кэсс понятия не имела, когда вновь увидится с ним. Конечно, он может позвонить, но, поскольку к телефону наверняка подойдет его мать, такой разговор тоже не внушал радужных перспектив. Софи вряд ли станет поощрять их дружбу, особенно в нынешних обстоятельствах. И хотя до сих пор мать Бена молчала, Кэсс прекрасно знала, как свято она относится к браку, и не надеялась на сочувствие.
Совсем упав духом, Кэсс даже пожалела, что уже стала поправляться и ей не надо постоянно принимать лекарства. По крайней мере прежде, находясь в полусознательном состоянии, она не испытывала душевной боли.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Три недели спустя Кэсс уже поправилась и нежилась на пляже, подставляя тело благодатным солнечным лучам. Берег бухты рядом с виллой идеально подходил для приема солнечных ванн, а поскольку пройти сюда можно было лишь с расположенных выше, неизменно пустынных утесов — пожилые обитатели соседних вилл были неспособны не только подняться, но и спуститься по каменистым тропам, — Кэсс часто загорала полностью обнаженной, и ее стройное тело приобрело ровный медовый оттенок.
Теперь она чувствовала себя гораздо лучше. Три недели на стряпне Софи не прошли даром, и, хотя аппетит Кэсс никоим образом не усилился, она начала есть, что само по себе было достижением. Исчезли глубокие впадины под ключицами, слегка округлились формы тела. Жаль только, что Бен ее не видит: он бы обязательно заметил перемену. Но с тех пор, как двадцать два дня назад он покинул Кальвадо, Кэсс не получала от него никаких вестей.
Поначалу было тяжело примириться с его отсутствием, но Кэсс знала: Софи пристально наблюдает за ней, словно подозревая, что гостья найдет какой-нибудь способ тайно общаться с Беном. Но постепенно Софи, видимо, пришла к выводу, что решение погостить на вилле приняла Кэсс, а не Бен, и заключила, что чем скорее Кэсс смирится с одиночеством, тем лучше.
Однако самой Кэсс приходилось нелегко, и даже теперь она вздрагивала всякий раз, когда слышала шум машины, спускавшейся по дороге. Кроме Бена, на Вилла-Андреа было некому приезжать, разве что доктору Лоренцо на старом «фиате». Сначала врач заглядывал на виллу каждый день, но затем ограничился визитами дважды в неделю. Впрочем, Кэсс подозревала, что врач охотно наведывался бы почаще, хотя бы для того, чтобы полакомиться мороженым Софи домашнего приготовления.
Ее отец звонил несколько раз, так и не дождавшись, пока Кэсс сама позвонит ему. Софи проявляла поразительное понимание и без колебаний отвечала Гвидо, что Кэсс еще слишком слаба, чтобы подойти к телефону. «Она позвонит, как только поправится», — сдержанно обещала она, и Гвидо приходилось этим удовлетворяться.
Когда же Кэсс набралась духу и позвонила отцу, тот выразил явное сочувствие. Он беспокоился за дочь и, несомненно, был уязвлен тем, что Кэсс выбрала в доверенные лица Бена, а не его самого.
— Мы могли бы что-нибудь придумать, сага, — заметил он, когда понял, что здоровью Кэсс больше не угрожает никакая опасность. — Бедняга Роджер тоже тревожится и ужасно скучает по тебе.
— В самом деле? — Кэсс боролась с искушением сообщить отцу, каким образом «скучает» по ней Роджер, но время показалось ей слишком неподходящим, чтобы поднимать личные проблемы такого рода.
— Разумеется, — подтвердил Гвидо. — Он ведь любит тебя, сага. Да, мне известно, что иногда он ведет себя глупо, но его сердце принадлежит тебе, верно?
— Ну, если ты так считаешь… — уклончиво ответила Кэсс и услышала тяжелый вздох отца.
— Ладно, — ровным тоном продолжал он. — Вероятно, вам и вправду необходимо некоторое время отдохнуть друг от друга. Разлука усиливает нежность — разве не так говорит твоя мать? Отдыхай, figlia[14], отдыхай и развлекайся. А когда будешь готова, мы снова поговорим.
— Хорошо, папа.
Столь быстрое окончание разговора принесло Кэсс такое облегчение, что она даже не сразу поняла следующие слова отца, и тому пришлось повторить.
— Можешь передать Бену, что я жду от него подробных объяснений, — невозмутимо заявил Гвидо. — Я отнюдь не убежден, что эта идея с отдыхом в Кальвадо принадлежала только тебе. Просто напомни ему об ответственности, ладно?