— Ты такая красивая, кис, — хрипло шепнул он, целуя меня в шею и демонстративно прижимаясь стояком, — съем тебя…
В подтверждение своих слов парень почти нежно куснул меня за плечо, зализал, медленно и очень горячо потираясь жёсткими джинсами о голую кожу. И их уже точно пора снимать!
— Ты хочешь, чтобы я просила? — усмехнулась я, неторопливо и, надеюсь, соблазнительно-грациозно поднимаясь на четвереньки.
И тяжеленная мускулистая туша нисколько не мешала. Не понимаю, как он может одновременно показывать, что тяжёлый, и при этом никогда не затруднять движения и дыхание, даже наваливаясь всем телом. Не понимаю, но безумно довольна.
— М-м, кисонька, тебе просить без надобности, — пробормотал он, лизнул меня в любимом месте под ухом.
Выпрямившись, мой расчудесный жених торопливо позвенел пряжкой, пошуршал упаковкой презерватива. А потом его ладони медленно скользнули по спине от плеч до бедер, и вместе с ними по телу прошлась горячая волна возбуждения, я просительно застонала и прогнулась, подаваясь назад и прижимаясь к нему.
Сдвинув трусики, он ласково погладил ягодицы, подразнил меня лёгкими прикосновениями пальцев. А потом вдруг так жёстко и сильно засадил, что я едва не кончила в ту же секунду.
— Так как ты хочешь, а? — медленно выходя, Женя положил обе руки мне на талию, чуть сжал пальцы и снова резко вошёл; я не сдержала стон, опустила голову, вцепляясь в покрывало. — Нежно или грубо, моя котенька?
И сюсюкательное прозвище совершенно не вязалось с ещё одним грубым движением.
— Тебя, — выстонала я, едва держась на дрожащих руках, — хочу тебя…
Частые сильные толчки едва не сводили с ума. Он практически насаживал меня на себя, до шлепков, жадно сжимал бока, и я не к месту вспомнила свою первую жёсткую порнушку. Я решила ее посмотреть только потому, что актер был похож на Женю, и там была точно такая же поза. Кто же знал, что меня торкнет. Кто же знал, что он тоже так любит.
Парень наклонился, слегка изменился темп, и я едва не захлебнулась вдохом. Не смягчая движений, он вдруг нежно взял меня за руку, сплел пальцы, поцеловал в плечо, в шею, я повернула голову и поймала горячие влажные губы поцелуем. Глубоким, ласковым, заглушающим стоны от жёстких толчков. И этот контраст сводил с ума.
Я кончила ярко, впиваясь ему в ладонь ногтями, стоило только ощутить крепкую хватку зубов на плече. И, с трудом расслышав низкий тихий стон, с чистой совестью растеклась по постели уставшим кисельком.
— Жизнь удалась, — выдохнул парень, растянувшись рядом и закинув на меня руку и ногу, — хочу такой аттракцион почаще.
— Понравилось? — лукаво улыбнувшись, я подобралась к нему поближе и чмокнула в уголок губ.
— Я чуть из штанов не выпрыгнул, пока бежал, — фыркнул Женя, повернулся на бок и обнял меня обеими руками, — слушай, есть планы на вечер?
— Да, хотели посидеть где-нибудь с новой группой, а что? — расслабленно прикрыв глаза, я улыбнулась от поглаживания по волосам.
Будет неплохо, если он сможет меня подвезти, но если и нет — такси все ещё существуют, не проблема.
— Дэн позвал потыркаться в приставку, посидим пару часов, — зевнув, жених приподнялся на локте и опрокинул меня на спину, провел большим пальцем по губам, и я приоткрыла рот, лизнула подушечку. Это он тоже любит, — подкину тебя, потом заберу, ага?
— Ещё не известно, кто раньше освободится, — фыркнув, я приподняла голову и медленно насадилась ртом на палец, глядя ему в глаза.
— Во-первых, его девочка долго нас терпеть не будет, — наблюдая, как заворожённый, Женя говорил слегка заторможенно и даже облизнулся, потом отобрал руку и прижал к моим губам указательный и средний. Прикрыв глаза, я приняла их, обвела языком, — во-вторых, хочешь сделать минет — так и скажи, я не буду против, так и быть, потерплю.
Сделать минет я всегда не откажусь, но мне бы уже надо пойти в душ и начать собираться, потому что собраться решили пораньше.
— Хочу, — выпустив пальцы изо рта, я облизнулась и приподнялась на локте, целуя его и поглаживая по затылку, ощущая крепкую хватку на бедре, — но пойду собираться.
— Да блять, — хныкнул он, рывком откинулся на спину, — я уже говорил, что твои подружки — зло?
Хихикая, я встала и отправилась в ванную. Его начинают раздражать мои подружки только тогда, когда из-за них мы не успеваем поваляться, побаловаться или потрахаться. Но ни разу не было такого, чтобы он ворчал, что мы долго, не там, где надо или не в том составе, все это всегда отдается мне на откуп. Точно так же, как и я не буду возмущаться, что он собрался помогать перебирать чей-то двигатель или, как сегодня, играть и трепаться. Мы не можем быть только вдвоем двадцать четыре часа в сутки, нельзя забывать, что не только у меня, но и у него есть своя жизнь, увлечения, друзья. Все это решается простым взаимоуважением, я и в предыдущих отношениях или в рассказах подружек никак не могла понять, почему надо устраивать тотальный контроль или слежку за парой, почему нельзя выбрать человека, которому можно доверять.
Женя заплел мне красивый колосок, я надела черный обтягивающий кроп-топ, черные скинни с высокой талией, подобрала аксессуары и маленький рюкзачок, накинула на плечи тонкую мягкую ветровку своего парня, сунула ноги в пудровые кроссовки. Простенько, без лишних изысков, самое то для кафешки и встречи с одногруппницами.
Жених оценил, зацеловал меня до потери пульса, облапал везде, где только дотянулся.
— М-м-м, кажется, я нашел для себя лучший антистресс, — пробормотал он, мягко наминая мою задницу, — самые сладкие булочки в городе.
— Какой же ты мармеладный сегодня, — усмехнулась я, почесывая его за ухом.
Бывают у него приливы нежности, и этим он нереально напоминает своего отца. Конечно, если ему об этом сказать, начнется фырканье, но Вадим тоже иногда из не слишком контактного сурового мужика превращается в урчащего домашнего кота. И окружение его не волнует, если ему хочется потискать Катю, он это сделает, а все вокруг, особенно Женя, вынуждены будут краснеть и демонстративно разглядывать потолок.
Тоже так хочу.
Жених привез меня к нужному кафе, медленно и горячо поцеловал на прощание, попросил позвонить, когда освобожусь, и вдогонку шлёпнул по заднице, пока я выбиралась из машины. Я с улыбкой погрозила ему пальчиком и пошла внутрь, потому что он не уедет, пока не убедится, что я добралась до девчонок.
Неожиданно, но мы засиделись действительно надолго. Женя ещё в десять часов написал, что «наелся жидкого хлеба», поэтому бросил машину и добрался домой своим ходом, сказал, что приедет за мной на такси, когда я соберусь домой. Уже почти в двенадцать мы вызвали такси, одной девочке надо было в соседний квартал, так что я не стала беспокоить Женю, попросила просто встретить меня у подъезда.
Когда я выбиралась из машины у дома, таксист вдруг спросил, не нужно ли меня проводить, встречает ли меня кто-то. Я сначала не поняла, в чем проблема, вот же мой жених, сидит на лавочке, курит. А потом до меня дошло, что он сидит в толстовке, накинув капюшон, и за счёт габаритов выглядит очень даже угрожающе.
— Это как раз меня и встречают, спасибо за беспокойство, — улыбнувшись, я помахала оставшейся одногруппнице на прощание.
На самом деле, правда хорошо, что водитель побеспокоился, приятно, что ещё есть неравнодушные люди.
— Хорошо посидели, я смотрю, — усмехнулся парень, вставая и целуя меня в щеку, — погоди, докурю и пойдем.
Кивнув, я вернула поцелуй и отошла на шаг, чтобы не провоняться. Рассказывать ему как-то нечего, все наши женские разговоры были, да ещё о преподах, а это он знает уже.
У них тоже явно все прошло хорошо, раз он выпил столько пива, что решил не садиться за руль, наверное, собрались компанией, а не вдвоем с Денисом.
— Эй, привет, — с улыбкой протянул Женя, садясь на корточки и гладя подошедшую кошку, — извиняй, сейчас для тебя с собой ничего нет.