Два дня спустя Ренцо завершил встречу с клиентом в офисе и решил зайти к дяде, чтобы обсудить конфликт Рицци-Леонарди и то, разумно ли им вмешаться. Он позвонил Сандро, чтобы встретиться с ним у отца.
Во дворе Стефано было припарковано несколько машин, а из его дома доносились приглушенные звуки музыки. — У твоей мачехи гости? — спросил он кузена, который открыл ему дверь.
— Нет, у Мэтти есть друзья из колледжа, — сказал Сандро и повернулся к экономке. — Нола, сходи, разбуди папу, ладно? Мы будем в его кабинете.
Внушительный кабинет консильери был единственной комнатой в доме, где царил дух старины: старинный книжный шкаф, бордовый кожаный диван с двумя креслами, журнальный столик и письменный стол, полный семейных фотографий в рамках. Ренцо посмотрел на фотографию своей покойной тети и улыбнулся, вспоминая ее. Мама Сандро была настоящим фейерверком, пока не умерла от рака в возрасте тридцати лет.
Музыка и смех проникали через высокие французские окна. Ренцо принял стакан виски и, отодвинув занавеску, сделал глоток. Вид участников вечеринки у бассейна вызвал у него приступ кашля, и он пролил напиток себе на рубашку.
— Черт, — прохрипел он.
— Хочешь воды? — со смехом попросил Сандро.
Его глаза слезились, Ренцо погрозил пальцем и вздохнул. Поставив стакан на стол, он вытащил из кармана носовой платок, чтобы вытереть руки и перед рубашки.
— Знаешь, Джина часто навещает Мэтти. — небрежно сказал Сандро.
— И почему ты мне это рассказываешь? — напряженно спросил Ренцо.
— Чтобы ты не подавился, когда увидишь ее в следующий раз, — иронично ответил его кузен.
— Очень смешно. — Ренцо покачал головой, раздраженно. — Когда ты успел стать таким острословом?
— Я от природы такой. Ничего не могу с собой поделать, — съязвил Сандро, развалившись на диване и положив ноги на стол.
Никто не посмел бы так разговаривать с боссом, но они с Сандро выросли вместе и всегда поддерживали близкие отношения. Тем не менее, это было новым для него опытом — его кузен развлекался на его просторах.
Черт возьми! Вид Джины, полуголой у бассейна, разговаривающей с полуголым парнем, был неожиданным. Она была образом мокрой мечты каждого мужчины.
Ренцо прочистил горло и выбрал нейтральный тон. — Кто эти ребята?
— Друзья Мэтти по колледжу. Они хорошие ребята, — ответил Сандро. — Не волнуйся. Охрана следит за ними.
Ренцо беспокоила не охрана, а полуголый парень, который был рядом с ней.
— Да ладно, Рен, — ухмыльнулся Сандро. — Признай это.
Ренцо бросил на него предупреждающий взгляд. — Брось это.
— Ладно. Принято. — Его кузен поднял обе руки с раздражающим смешком. — Но, чтобы ты знал, у меня есть чувство, что ее возобновленная дружба с моей сестрой и ее частые визиты как-то связаны с тобой.
Надежда возродилась. — Я же говорил, она слишком молода.
— Да ладно. Ей столько же лет, сколько Мэтти. Девятнадцать. Подумаешь. Папа на пятнадцать лет старше моей дорогой мачехи.
— Это другое.
Сандро поднял брови. — А чем это отличается?
— Ты занимаешься сватовством?
Его кузен рассмеялся. — Может быть.
— Забудь об этом, — раздраженно пробормотал Ренцо. — Нам нужно поговорить о деле.
Глава восьмая
Столкновение с Джино Рицци дважды за короткий промежуток времени вызвало у Джины тревогу. До похорон Маттео Кастеллано она даже не знала о его существовании.
Она обедала с коллегами во французском кафе напротив своего офиса и обнаружила его сидящим с двумя мужчинами за несколько столиков от нее и наблюдающим за ней. Он приветствовал ее любезной улыбкой. Джина ответила ему тем же, но быстро отвела глаза, убедившись, что их взгляды больше не встречаются. Тем не менее, она все время чувствовала на себе его пронзительный взгляд. Когда ее коллеги попросили счет, они обнаружили, что об этом уже позаботились.
— Кто? — недоумевала одна из ее коллег.
— Э-э, по знакомству. — Джина взглянула на стол Рицци и обнаружила, что он смотрит на нее. Она опустила голову, словно говоря “спасибо”, и поспешила уйти.
Во второй раз она столкнулась с ним в Писторе, ресторане в Норт-Энде. Она была на девичьей вечеринке. Это был день рождения крестницы ее Nonna, и Джина не могла его пропустить. Оглядываясь назад, она жалеет, что не сделала этого.
Вечеринка подходила к концу, и Джина вышла на открытую веранду покурить, когда перед ее носом щелкнула зажигалка.
Вздрогнув, она подняла глаза, и ее желудок упал.
Не было ни единого шанса, что мафиози калибра Джино Рицци выберет скромное место вроде Писторе, чтобы пообедать, если только он не знал, что она там будет. Следил ли он за ней? Это вызвало тревогу в ее голове. Она позволила ему прикурить сигарету и сделала короткую затяжку.
— Я ведь тебя не напугал, правда? — ухмыльнулась Рицци.
— Немного, — призналась Джина. Потому что ты преследуешь меня.
— Я не хотел. Ты ведь меня помнишь, да?
Она кивнула, чувствуя себя неловко из-за откровенно голодного взгляда, который пронзил его лицо. Он показался ей типом, который рассматривает женщин как сексуальные игрушки. Этот мужчина был опасен, как гремучая змея, и ей лучше держаться от него подальше.
— Развлекаешься? — Он достал из кармана сигару и закурил, не сводя с нее глаз.
Ненавидя запах сигары, Джина отстранилась от них. — Да. — Она едва успела сделать несколько затяжек, но выбросила сигарету в пепельницу. — Мне нужно вернуться.
— Подожди. — Его рука скользнула, схватив ее голую руку, и скользнула вниз, чтобы схватить ее запястье. От этого прикосновения у нее по коже побежали мурашки. — Почему бы тебе не составить мне компанию на некоторое время? Я не кусаюсь, ты же знаешь.
Она выдавила из себя вежливую улыбку и взяла свою руку обратно. — Я знаю, но мне правда пора идти.
— Не будь пугливой, — уговаривал он. — Я просто хочу узнать тебя получше.
— Именно этого я и боюсь, — подумала она, отчаянно пытаясь убежать, не обидев его.
— Позволь мне предложить тебе выпить. — Он подозвал официанта, прежде чем она успела отказаться, и заказал два бокала шампанского. — Расскажи мне о себе, Джина.
— Нечего рассказывать.
Он ухмыльнулся. — Ты вообще неразговорчивая, или это я тебе не нужен?
— Я... — начала она.
— Вот. — Рицци протянул ей бокал шампанского, который подал официант. — За здоровье. — Он чокнулся с ее бокалом и сделал большой глоток.
— Ура, — пробормотала Джина, но пить не стала. — Мне нужно уйти, — снова попыталась она, глядя в коридор. — Все собираются.
— Не слишком ли рано уходить? — Он взглянул на свои наручные часы. — Еще нет одиннадцати. Могу ли я пригласить тебя и твоих друзей в какое-нибудь другое место, чтобы развлечься? В какое-нибудь действительно приятное место?