Ренцо застонал и проклял себя за промах. Он не хотел этого разговора. Он будоражил его. — Забудь об этом, — твердо сказал он. Держа ее голову в своих руках, он захватил ее губы.
Вода, стекающая по ним, сделала поцелуй восхитительно возбуждающим. Его руки бродили по ее плоти, разминая ее зад, как тесто, и прижимая ее сильнее к себе. Его язык дразнил, облизывал и сосал ее груди, пока она удовлетворяла его собственным голодом. Они быстро достигли своего предела. Подняв ее к кафельной стене, обхватив ее ноги вокруг своих бедер, Ренцо взял ее с необузданной страстью и бросил их в ослепительный оргазм.
Некоторое время спустя, когда они лежали, обнявшись, в постели, Джина вернулась к теме, от которой он уклонился ранее. Ее палец вычерчивал узоры на его плоском животе, когда она тихо спросила: — Ранее в душе ты сказал, что знаешь, э-э, как это было... — Она замолчала.
Он должен был знать, что она не смягчится. Он тяжело вздохнул. — Ты сама мне сказала.
— Что? — Она резко выпрямилась. — Когда?
Черт! — В Вегасе. Ты говорила об этом, когда была пьяна. Иди сюда. — Он потянул ее за руку.
— О Боже, — вскрикнула Джина и зажала рот рукой. Краска отхлынула от ее лица, и она в мгновение ока отошла к краю кровати. — Ты стоишь за этим избиением…
Ренцо не дал ей договорить. Он потянулся к ней и снова сгреб ее в объятия. — Забудь об этом. Больше ничего, ладно?
— Но почему? Ты не понимаешь. Он, э-э, я... Это была полностью моя вина. Я сделала это из злости, из заблуждения...
— Джина, — практически прорычал он, предупреждая. — Я сказал, забудь. Этот гребаный ублюдок легко отделался, причинив тебе боль. Я не хочу, чтобы ты когда-либо вспоминала или думала об этом. — Он сжал ее плечи. — Ты слышишь меня? — Она замерла и затихла. — Это моя девочка, — сказал Ренцо, крепко поцеловав ее в голову. Его пальцы прошлись по ее шелковистым волосам и помассировали ее кожу головы успокаивающим движением. Он не хотел расставаться с ней. Не сейчас, когда она наконец-то стала его. Никогда. Он хотел бы пропустить свою поездку в Коннектикут.
— Послушай, — начал он с сожалением, — мне не хочется тебя оставлять, но мне нужно уехать на пару дней.
Джина откинулась назад, чтобы посмотреть на него. — Когда?
Он вздохнул. — Сегодня днем.
— Это обязательно?
Он провел большим пальцем по ее бровям, чтобы разгладить хмурый взгляд, портивший ее безупречные черты. — Да. Мне придется.
— Могу ли я пойти с тобой? — спросила она.
— Нет. Не в этот раз.
— Когда ты вернешься? — Она казалась разочарованной.
— В воскресенье. Это всего на пару дней.
— Значит, в субботу тебя здесь не будет? — Она положила указательный палец ему на подбородок.
Настала его очередь нахмуриться. — Почему? Что будет в субботу?
— У моей фирмы важная выставка. Я участвую и хочу, чтобы ты там был.
— Тогда я буду рядом. — Он схватил ее палец зубами и нежно пососал подушечку.
Глаза Джины вспыхнули в ответ, и она растаяла, как воск, в его объятиях, когда он перевернул ее на спину и неторопливо занялся с ней любовью.
Ренцо хотел бы запереться от внешнего мира и остаться с ней в постели, потому что засыпать с ней в своих объятиях было самым лучшим чувством в мире.
* * *
Сандро, как обычно, был раздражающе пунктуален. В два часа дня его Lexus Sedan был припаркован у двери. С глупой ухмылкой на лице Ренцо сбежал по ступенькам и забрался внутрь. Он сомневался, что его кузен видел сцену поцелуя в дверном проеме, которую он и Джина устроили несколько минут назад.
Сандро с любопытством взглянул на него. — Что смешного?
— Ничего. Просто вспомнил кое-что. — Ренцо протрезвел. Как бы ему ни нравилось это состояние эйфории, ему пришлось снова переключиться на дела. Он не мог дождаться встречи с Быком, который был ключом к зашедшей в тупик тайне убийства.
— Ты говорил с Марио? — спросил он.
— Да. Он ждет в Дэнбери, — сказал Сандро, — на территории Карлино.
Карлино был еще одним давним членом семьи. Он бы предложил дом, не задавая вопросов о его использовании.
Предстояла утомительная поездка. Сначала им пришлось остановиться в мотеле на окраине города, где экипаж оставил машину, чтобы они могли переодеться. Проверив подозрительные хвосты и убедившись, что дорога свободна, они продолжили путь. Примерно через три часа они прибыли на объект недвижимости в Дэнбери, представляющий собой небольшой дом на продажу в конце тупика, укрытый в лесу с видом и доступом к ручью.
Глаза светловолосого мужчины, привязанного к стулу в скудно обставленной комнате, мгновенно загорелись узнаванием и проблеском страха, который быстро исчез.
— Ну, вот мы и встретились. — Облокотившись на стол, Ренцо уставился на неестественно бледное лицо Лоренцо Маркони. — Ты ведь знаешь, почему ты здесь, не так ли?
Горло Быка дрогнуло от глотка. — Нет. Понятия не имею.
— Джимми Агостини. Имя ничего не говорит? — спросил Ренцо и получил хорошо отрепетированный непонимающий взгляд.
— Нет.
— Полиция и банда Рицци охотятся за тобой и твоим кузеном. Ты и так знаешь, что ты покойник. Так что лучше говори.
— Я ничего не знаю, — повторил мужчина.
— Ладно, — Ренцо оттолкнулся от стола. — Вот в чем дело: мне никогда не нравились старые методы грубого обращения. Избивать кого-то — не мой стиль. Я всегда предпочитаю сразу переходить к делу. — Он вытащил свой Глок из-за пояса и приставил его ко лбу мужчины. — А теперь напряги память. Если ты снова скажешь “нет”, я сделаю тебе больно. Но я могу сделать исключение в зависимости от того, что услышу.
Кадык Быка лихорадочно двигался вверх и вниз, прежде чем он что-то прохрипел.
Ренцо наклонился вперед. — Что?
— Мне нужно твое слово, что ты меня отпустишь, — запинаясь, сказал мужчина.
— Я не торгуюсь. Расскажи, и мы увидим.
Бык на мгновение закрыл глаза и покачал головой, признавая поражение. — Я не трогал этого парня. Клянусь.
— Продолжай.
— Моя задача состояла в том, чтобы поймать его и привести к нему.
— Кто он?
— Джонни Деполито. Бывший коп.
Ренцо пошатнулся. Он знал о Деполито, но не думал о его реальном участии в убийстве. Это все изменило.
У Коза Ностры было строгое правило — никто не трогал копа. Убив копа или отдав приказ убить его, он автоматически становился целью правоохранительных органов. Никогда не связывайся с копами — его отец вдолбил ему это в голову.
Убрав пистолет ото лба Быка, Ренцо засунул его обратно за пояс и подсказал: — Расскажи мне остальное и не лги. Я ненавижу лжецов.
— Он пришел ко мне и сказал: Маркони, мне нужно, чтобы ты привел этого парня для меня, и...
Ренцо прервал его. — Почему он выбрал тебя?
Бык пожал плечами. — Он подставил меня на какой-то сделке много лет назад. Сказал, если я сделаю для него одну работу, он убережет меня от неприятностей.
Он понял. — Какая работа?
— Какое-то вымогательство, рэкет — ну, вы знаете, такое дерьмо.
— Расскажи мне о некоторых из них.
Бык говорил с явной неохотой. Два его рассказа о вымогательстве у ипподромных компаний и рэкетах в азартных играх всколыхнули память Ренцо, но о торговле героином из Таиланда и паре сделок, связанных с наркотиками, он не мог вспомнить. Сандро разберется с ними для него.