Потом открываю его нельзяграм. Фото со мной он сразу удалил, оставил детей и себя. А недавно появились новые фотографии – с его молодой женой, с фотосессии свадьбы. Позже появились ещё, тоже с какой-то фотосъёмки, но уже с ребёнком.
В соц. сети у его Юли фотографий намного больше: возле моего любимого кухонного гарнитура за пол-ляма, в нашей спальне у окна: мои занавески любимые открывает. Мы с Андреем из Италии их привезли, я долго выбирала. Я листаю их, пересматривая снова и снова.
– Мам, мы есть хотим! – заглядывает в комнату Болдан.
– Сейчас, – встаю с кровати, как разбитое корыто.
Иду на кухню, борщ недавно сварила, ещё горячий. Достаю из холодильника котлеты с картошкой, ставлю на плиту. Смотрю на часы. Вот-вот подойдёт Гордей, он предупредил, что обедает дома.
Достаю овощи и крошу салат.
– Данил, – кричу ему, вдруг не услышит через наушники, – ты собаку покормил?
– Покормил он собаку, а ты нас уже покорми, – заходит на кухню Алиса.
– А ты не маленькая, сама уже можешь поесть, – заливаю оливковым маслом и перемешиваю.
Накрываем с ней стол, открывается дверь и заходит Гордей с тортом в руках.
– А вот и я. На-ка, возьми, – протягивает Алисе.
Раздевается, поглядывая на меня.
– А у нас и обед готов?
– Конечно, сейчас будем обедать! – расставляю посуду, – Алиса, зови всех сюда.
– А я настолку купил, вечером поиграете, – достаёт из пакета большую коробку, – Мира, ты играешь в монополию?
– Да, играем, – улыбаюсь, пряча усталость за маской.
– А что, ничего поинтереснее не нашлось? Монополка – это для бумеров, – встревает Алиса.
– Вот как? Ты хоть раз играла? – спрашивает её Гордей, оставляя игру на тумбочке.
– Нет. Но...
– Тем лучше! Теоретик... Вечером посмотрим, кто тут бумер, а кто нет. Спорим, ты проиграешь первой? – оживляется Гордей.
– Пфф...
Пока я расставляю тарелки на стол, Гордей с кем-то переписывается в телефоне. Интересно с кем? Наверное, с той безупречной блондинкой! Нет, ну я конечно не собираюсь совать нос в его личную жизнь, но мне любопытно, если он там с кем-то мутит, то почему тогда на ней и не женился?
Все рассаживаются за стол, Богдан садится подальше от Яси. Старшие хихикают.
– Не бойся, сегодня у меня червяков нет, – серьёзно заявляет она.
– А я и не боюсь. Но на всякий случай буду держаться подальше.
– Дети, давайте спокойно поедим, – разливаю им борщ.
Гордей зависает в дебильнике. Меня распирает женское любопытство. Телефон в его руке начинает вибрировать. Скидывает.
– Дети, с мамой будете говорить? А то пишет, звонит вам, а вы не отвечаете.
– Потом. Скажи ей, что потом позвоним, сейчас заняты, – наяривают с аппетитом мой борщ по-мирославски.
Что-то строчит и откладывает телефон. Принимается есть.
– Ммм... как давно я не ел нормального борща. Спасибо, – бубнит он с набитым ртом. По отросшей бороде скатываются капельки красной жижи.
– Приятного аппетита, – посмеиваюсь я, – рада, что понравился. Завтра пироги будут.
– Мне с мясом, – заказывает Даня.
– А мне с брусникой. У мамы с брусникой самые вкусные, – подхватила Алиса.
– А вы с папой давно разговаривали?
– На днях. Ой, только не говори, чтобы мы ему позвонили, ты же знаешь, с ним невозможно нормально разговаривать!
– Ну, что поделать... И всё-таки звякните ему, он же ваш отец, наверное, скучает.
– Скучает, конечно... Потом, мам, ладно?
– Мира, а почему бывший муж хочет забрать детей?
– Сама не понимаю, зачем они ему... У него новая семья и жена, ребёнка ему родила. Куда ей такой молодой двое взрослых, не своих детей? Может, квартиру не хочет делить, да и две машины у нас. Квартира в центре Питера, большая, с ремонтом. Там мебель дорогая. Сказал, не отдаст её, а я и не прошу. Лишь бы детей не забирал.
– Не думаю, что только из-за квартиры такой кипиш!
– Поживём-увидим. А лучше, конечно, не видеть. Да и как отец он не очень-то. Дома редко, детьми не занимался, работа, работа. Ума не приложу, как они будут там жить с чужой тётей, точнее, девочкой.