– Ясно, – продолжая жевать, коротко выдал он.
– Мы не собираемся жить с чужой тётей, – язвительно сказала Алиса. – Уж чего-чего, а продыху я бы ей не дала. Она бы и дня с нами не продержалась, да, Богдан?
– Так точно! – смакуя кусочек тортика, Богдан ударил кулачком по столу.
– Не будете вы с ней жить. Не позволю! Для этого мы все здесь и собрались, чтобы нас не смогли разлучить. Не так ли?
– Но это же не надолго? – серьёзно смотрит Данил, которого, как кажется, совсем не устраивает такой расклад дел и делёжка личного пространства. Он резко откусывает котлету и запихивает в себя большой кусок хлеба, продолжая стрелять глазами.
– Не надолго, не надолго, – успокаивает его Гордей. – Уж поживёшь немного, не помрёшь.
Пока все оживлённо болтали, я заметила, как Яся хитро прищурилась и устремила взгляд на аппетитную котлету, видимо, решив, что она вкуснее на другом конце стола. Она потянулась за ней, изящно, но опрометчиво. Проткнув вилкой, потянула котлету через весь стол, прямо над тарелкой с борщом... Гордея. В этот момент время замедлилось. Я видела, как котлета начинает крениться, а потом, словно в замедленной съёмке, срывается с вилки и падает в борщ. Горячие брызги взлетают вверх, пачкая светлую ткань футболки Гордея.
– Аййй... – невольно вырывается у него, и он смотрит на себя с досадой. – Ёп...рст, Яся!
– Прости.
– Ну, хоть не черви! – захохотал Богдан, не удержавшись от едкого комментария. Я строго посмотрела на него, пытаясь остановить поток его назревающего остроумия.
Гордей пошёл переодеваться. Экран телефона загорелся и высветилось сообщение от Полины: «Жду тебя сегодня в одиннадцать (поцелуйчик)».
_________________
Данил Добролюбов
Ярослава Добролюбова
Глава 8 – В кругу семьи
Гордей вернулся с работы уставший, но с хорошим настроением. Он открыл дверь и сразу же был встречен звуками напоминающими бой! Яся и Богдан, которые явно не знали, что такое «умеренность», сражалиь в виртуальном мире, на приставке. Громко кричали и смеялись.
– Терпимо, – пожала я плечами.
– Точно? А то могу угомонить!
– Нет, пусть веселятся.
– А старшие где?
– Попрятались по своим комнатам.
– Что-то вкусное на ужин? – стреляет глазами на тесто.
– Дети торт попросили, – вожусь я.
– Сейчас помогу, – Гордей быстро вымыл руки и встал рядом.
– Возьми в холодильнике сметану и сгущёнку, – скомандовала я.
Он быстро метнулся к холодильнику и через несколько секунд всё стояло на столе.
– Готово!
– Налей в баночку того и другого по половине.
Гордей молча принялся за дело. Проигравшая Яся толкнула Богдана, тот ехидно засмеялся.
– Пап, ты торт с Мирой будешь стряпать?
– Да. Представляешь? – подмигивает ей.
– Но ты же не умеешь, – Яся хмурит брови, но в её голосе нет упрёка, только детская заинтересованность.
– Папа просто приготовит крем! Сейчас возьми вот это, – показываю рукой на монструозный миксер, который у них, наверное, передаётся из поколение в поколение, – и немного взбей. Это, главное, не ставь на максимальную скорость сразу, а то знаешь, как бывает...
Пока он разбирается, как его использовать, я заливаю тесто в форму и отправляю в духовку.
И тут загудел миксер, завыл, как турбина самолёта, и, не успела я глазом моргнуть, как небольшая порция сметаны вылетела прямо в лицо Гордею! Вот же ж, говорила же! Он стоит, облепленный белыми хлопьями, и выглядит как сбежавший с новогоднего утренника снеговик. Тут с дикими воплями подбежали дети, тыкая в него пальцами и, кажется, даже слезу пустили от переизбытка эмоций. Честно говоря, я еле сдерживалась, чтобы не присоединиться к этой вакханалии. Ну правда, вид у него был уморительный!
– Кулинар из него тот ещё! – завопила Яся, вытирая слёзы.
– Мам, не давай ему больше ничего, а то без торта останемся! – подхватил Богдан, и они снова залились смехом.