Связь со старообрядцами не кажется чем-то удивительным, так как и по сей день живут они на Псковской земле, а еще больше тех, кто называет себя выходцами из староверческих семей, посещая обыкновенную православную церковь или, что чаще, не посещая никакой вовсе.
Потом, в конце XX века, Столбушино, как и многие псковские села и деревни, придет в упадок. К 2001 году здесь останется только три жителя… Однако спустя всего несколько лет тут будет основан скит Святогорского Свято-Успенского мужского монастыря, через что Столбушино получит новое рождение…
Самым известным из детей дьячка Якова стал Иван, сделавший карьеру провинциального купца. В 1844 году в Святых горах у него родился сын Никтополион, который, по желанию батюшки, должен был продолжить его дело. Однако вместо этого Никтополион вышел из отцовской воли и, щедро политый материнскими слезами, облагодетельствованный ее же добрыми напутствиями и тайно сунутыми в руку ассигнациями, отправился в Санкт-Петербург (батюшка провожать непокорное чадо так и не вышел).
Земский врач
Никтополион Иванович Столбушинский
По прибытии в столицу Никтополион благополучно сдал экзамены и поступил в Медико-хирургическую академию, о которой так страстно мечталось долгими святогорскими ночами. Учиться было трудно, но еще труднее жить, денег, выданных матушкой, хватило ненадолго. Чтобы платить за обучение и питаться, Никтополион подряжался ночами разгружать вагоны… Благо был он крепкий, сказывалась земляная, небалованная порода.
А в учебе очень помогала привитая в семье привычка к аккуратности, почти нерусскому педантизму. Так было заведено у папеньки, копеечка к копеечке, рублик к рублику. Так же было теперь и у Никоши, все тетради и книги его находились в идеальном порядке.
Соблазны столицы прошли мимо Никтополиона, не за тем он ехал из Святых гор. Поглядеть на умных людей, постигнуть все премудрости врачебной науки, выучиться на доктора, которых среди Столбушинских отродясь не было…
Соученики его были, как правило, из таких же разночинных, поповских, купеческих, мещанских семей. Много было докторских детей. Дворян почти не было – медицина не считалась благородным занятием. Врач, в особенности хирург, гинеколог, работает руками, а это не достойно аристократа. Военная и статская государственная служба – вот приличное занятие для человека благородного происхождения, но никак не лекарское дело. Была правда в словах отца об «обслуге».
Без батюшкиной поддержки приходилось туго. Часто сидел Никтополион на квасе с хлебом. Есть хотелось так сильно, что не спасала и привычка к долгим постам…
Но все имеет свой конец, подошли к нему и голодные, хоть и счастливые студенческие годы. В 1868 году Никтополион кончил академию и наконец начал зарабатывать.
Вернулся на родину, в Псковскую губернию, в те самые края, где прошло его детство. Его ждала работа врачом в Опочецком, Островском и Порховском уезде.
Женился. На барышне Анне Федоровне Карповой, из настоящей дворянской семьи. Любопытно, что брат Анны Федоровны Павел Федорович был управляющим в пушкинском Михайловском, а другой брат, Григорий Федорович, был в свою очередь женат на старшей дочери Евпраксии Николаевне Вульф-Вревской, той самой Зизи, с которой Пушкин мерился поясами и о которой в «Евгении Онегине» сказал, говоря об узких, длинных рюмках:
Подобных талии твоей,
Зизи, кристалл души моей,
Предмет стихов моих невинных,
Любви приманчивый фиал,
Ты, от кого я пьян бывал!
Таким образом, через супругу Никтополион Иванович оказался связан с теми самыми «барами», с которыми его отец не мечтал и сидеть за одним столом.