г. ТУЛА-8
КОМВУЗОВСКАЯ 34 кв. 3
СУББОТИН П.
5. XI. — 64 г.
...Читая роман, я с болью и гневом переживал всю несправедливость, которая обрушилась на его героев, боровшихся с мещанство, ханжеством и двоедушием. Однако с большим сожалением приходится констатировать, что таких, как Клим, Вера Николаевна, Ванин у нас мало, а по сей день остаются Карпухины, Никоновы, Шутовы и Белугины. С культом личности еще не покончено и сейчас, а последствия его долго будут бродить призраком. Однако борьба должна продолжаться беспощадно... Третья революция далеко еще не кончена.
Субботин П.
Прошу прощения за карандаш и небрежность, пишу из хирургического отделения больницы.
КИРОВСКАЯ ОБЛ.
П/О ВЕРХНЕКАМСКОЕ, П/Я 231 «К 9»
РЯХОВСКИЙ В.
5.11.65 г.
Только что прочел роман Юрия Герта. У меня возникла острейшая потребность выложить все, что поднялось в душе, всколыхнулось под влиянием этой книги. Я страдаю оттого, что нет рядом достойного собеседника, с которым я мог бы поговорить на эту тему. И потому я пишу Вам.
Я не могу найти достаточно сильных слов, чтобы выразить в полной мере восхищение Вашей книгой. В ней я нашел ответы на много волновавшее меня, увидел причины и своих личных бед, неудач, ошибок. Сам я — заключенный и нахожусь в исправительно-трудовом лагере. Сейчас мне почти 26 лет и 15 лет сроку у меня, из них почти 7 лет отсиженных. Труд у меня есть, а вот исправления нет. Да и не от чего мне исправляться, ибо я никогда не был преступником, а случившееся со мной — результат подхода к людям «по-шутовски», «по карпухински»... И вот уже 7 лет я «исправляюсь», но чувствую, что иду не вперед, а медленно пячусь назад, ибо сама среда, ее правила и обычаи, наперекор тебе самому, оставляют свой болезненный след. Ястал хуже, чем был, когда только попал сюда. Сам себе я могу в этом признаться.
Скажите, почему я вижу лишь одно определение — «исправительный», за которым ничего нет. Ну, пусть это был бы какой-то единичный лагерь, а я видел их с десяток... Что могут получить друг от друга преступники? Согнали их в одну кучу, обгородили колючей проволокой и варятся они в этом вонючем котле в своем собственном соку. Кругом гниль и гниль. А напоказ есть все: и лозунги, и мероприятия, и работа разной самодеятельной общественности. Но все это мертво, безжизненно и не видно даже крупицы души человеческой — как в той школе, где все заранее расписывала Калерия Игнатьевна. Люди насквозь пропитаны мещанским духом, когда до других нет им дела — самому было бы хорошо. Возьмите любого начальника, любого надзирателя — все они делают свое дело не по долгу совести, а потому что здесь легче без труда получить зарплату...
Я не иду ни в какое сравнение с Климом Бугровым. Жизнь не дала мне того, чем наделила Клима, а поэтому вправе ли кто требовать у меня быть таким, как он? Нет. Лишь сам я, желая этого, требую от самого себя, но без посторонней помощи сделать это невозможно... Но получается так, что проси, не проси — ты ненужный хлам. Все, как глухие, идут мимо, не обращая внимания. Я уже охрип, устал просить, а здесь Вы с Вашей книгой. Она немного осветила темень закоулков сознания, а я рад стараться — пишу Вам. Я и сам не рад сейчас, что мне в руки попалась эта книга, растравившая душу мою этим Климом Бугровым, Человеком с большой буквы. Мне и без того тошно, а как подумаешь, что жизнь сплошь полна тем, против чего повел борьбу Клим еще 20 лет назад, таки начинает тебя мутить самым натуральным образом. Революция духа... Все это слова. Хорошие, замечательные слова, да что толку, если они долго еще будут оставаться словами. Много, ох как много потребуется еще времени, чтобы жизнь побольше наделала таких Климов и с их помощью совершила эту революцию!
Всего хорошего.
Валерий Ряховский.
МИЧУРИНСК ТАМБОВСКОЙ ОБЛ.
УЛ. ЧЕРНЫШЕВСКОГО Д.7
ШУЕВ М.
3.1.65 г.
Уважаемый тов. Герт!
Извините, что не знаю Вашего отчества. Только что прочитал Вашу книгу. Я учитель. Много лет отдал школе. Теперь работаю в пединституте и нисколько не преуменьшаю того, о чем Вы так громко, во всеуслышание сказали: в работе школы много, много противоестественного, не нашего, что мешает ребятам типа Бугрова, Киры, Майи, Мишки и им подобным расправить крылья: повести решительную борьбу с мещанством. Хорошо сказано о мещанстве. Честное слово, мещанин Вами показан здорово. С ним трудно, ох как трудно... Он ведь не одинок, он даже обличает, громит, командует... Я собираюсь разбирать книгу, о ней можно много писать, говорит спорить. Для этого у нас всегда мало времени. Я сейчас заканчиваю свою канд. диссертацию на тему «Взаимоотношения учителей и учащихся». Книга мне поможет во многом, прежде всего —утвердится в правильности избранной темы. Что до меня, то Ваш роман будет прочитан студенчеством и вынесен на обсуждение. Студентам это здорово поможет...