Когда его уводили, прощаясь с нами за руку, он сказал: «Ребята, будьте такими же коммунистами, как ваш отец». И больше ничего.
И мы, целое поколение бродячих сынов «врагов народа», рожденных на крепкой патриотической закваске, вошли в жизнь с раздумьем. Мне нет необходимости писать Вам о том, что мы думали и переживали. В Вашей книге, как в калейдоскопе, собрались мысли и чувства молодежи, которая получила пинки при входе в рай, и не важно, когда — в 37 году ли, или во время войны, или в период нищенства в колхозах, в период ленинградского дела или позже, когда главу культа похоронили, но еще осталось то, что гробит молодую душу... Ползать надо на карачках — так удобней! Я считаю, что главное преступление Статна и всего его подпевающего хора было совершено против чистых революционных настроений молодежи.
... В годы культа общественная мысль тупела с каждым днем и была доведена до пределов граненой логики Сталина, за пределы которой боялись заглядывать даже видные социологи. Ваша книга нанесла удар по этому отупению, но, видимо, нужно еще бить и бить... С уважением
Сухарев Валентин Корнилович.
г. ТОМСК —38 ПЕРВОМАЙСКАЯ 24—9
ХОМЯКОВ И.
... Эта книга так захватила меня, что я не мог оторваться от нее. Но так как всякие эти хождения по чистилищам я испытывал много лет на себе, мне кажется странным: почему Клим Бугров так легко отделался, ведь там существовал такой лозунг: «Отсюда возврата никому нет!.» Прошу передать автору этой книги от меня великое спасибо за страшную правду, которую он описал.
Сел в тюрьму я за смелое слово,
не бандит я, не жулик, не вор.
Но за это такой же суровый
судьи вынесли мне приговор.
Жизнь сложилась нелепо и глупо,
нет охоты и смысла так жить...
Голова ль ты моя на шурупах —
не пора ли тебя отвинтить.
Все реки половодьем отшумели,
Весенних вод окончился разлив.
Плыть дальше некуда...
Нет в жизни больше цели.
В житейском море я попал на риф.
Тюрьма, тюрьма... Как страшно это слово.
Зловещим топотом звучит оно каким...
Кто молод и здоров сюда попал, тот снова
уж не вернется из нее таким.
Здесь жизнь людей одна сплошная мука,
какой несчастный этот весь народ!
И прячется средь них, как мерзкая гадюка,
презренный пес тюрьмы — чудовищный сексот.
Тупеет ум, ослабевают силы,
сочится кровь из раненой груди,
И веет страшным холодом могилы
от жизни, что осталась впереди.
Вот какие стихи сочинял я в то время.
Хомяков Иван Михайлович
ЛУГАНСКАЯ ОБЛ. г. КОММУНАРСК, 11,
УЛ. ЯНКИ КУПАЛЫ, 1 — 14
САМОЙЛЕНКО С.Я.
Недавно я купил в книжном магазине нашего небольшого в Донбассе города книгу «Кто, если не ты?..» (автор Юрий Герт)и скажу по правде — не ошибся. Прочел ее не отрываясь. Сам я немолод, мне уже скоро исполнится 50 лет и работаю я на шахтах около 15 лет. Видел на своем веку все: ужасы войны, голод и разруху, произвол властей, и все это вместе взятое, казалось бы, является достаточным, чтобы никакому произведению не удивляться. Но я, читая и перечитывая роман, как бы сам находился в гуще той молодости, о которой так содержательно написал Юрий Герт. После того, как эта книга появилась, не прошло и недели, как ее не стало на полках книжных магазинов Донбасса.
Самойленко Степан Яковлевич,
рабочий шахты номер 25 треста «Коммунарскуголь» Луганской области.