В храме Нила оказалось ещё холоднее. Витражные окна покрылись толстым слоем инея и полностью закрыли солнечный свет. Горели свечи, но не в таком количестве, как в храме «Посвящения».
— А я думал, кто же пришел. А это новоиспеченный церковник. Приветствую тебя брат!
— Приветствую тебя брат. Надеюсь у тебя не везде такая холодина? — спросил я пожимая протянутую руку.
— Нет, в комнате топится камин. Нужно лишь отодвинуть Дорне от огня.
Наконец-то я попал в тепло. Дрова в камине весело трещали, прямо на разложившегося вблизи огня Крысолова.
— Приветствую тебя, церковник! — сказал Дорне не вылезая из под пледа.
— Привет. Мне все же дали обычный медальон.
— Жаль, — Дорне взял протянутую кругляшку и внимательно его осмотрев, вернул, — Это задержит наше продвижение к цели.
Мы замолчали, слушая как смотритель разливает подогретое вино, думая каждый о своем.
— Но первый шаг уже сделан и это маленькая победа, — сказал Нил протягивая мне стакан, — Что у тебя с рукой? Там же всего пару капель нужно.
— Мне тоже так говорили. Но старик набрал полную колбу и забрал себе.
— Дай погляжу, — настоятель внимательно осмотрел порез, недовольно цокая, — Сейчас мазью помажем, быстрее заживёт. Полную колбу говоришь… Странно, если дали медальон, значит кровь чистая, зачем…
— Да, абсолютно. Прозрачная как вода.
— Как вода конечно, — улыбнулся он.
— Я серьезно.
— Такого не может быть, — подняв указательный палец вверх, начал лекцию Нил, — Примеси есть в каждом из нас. Древние активно меняли себя. Они знали больше и использовали кровь существ правильно, без последствий для организма. Но последствия на самом деле были. В нас, как в их предках, остался частичный след. Поэтому у всех проходящих это испытание, получается мутная жидкость. У некоторых даже черный осадок и это нормально. Я даже не знаю что сказать, — пожал он плечами, доставая что-то блестящее из ящичка в столе, — Это удивительнее, чем если бы твоя кровь свернулась и тебя порубили на месте.
Нил уколол мой палец иголкой и капнул в колбу. Размешав палочкой, он поднес ее ближе к огню.
— Золотой Керу! Ты из какого склепа вылез? Нужно спуститься ко мне. Знаешь что это значит? Быстро за мной!
Настоятель открыл тайный ход и рванул перепрыгивая через ступеньки. Толкнув дверь от тайной лаборатории, он ворвался туда, вихрем закружившись по комнате гремя баночками, колбами и прочими инструментами.
— Это значит, что тебе подойдет кровь любой твари. И тело примет ее силу, без негативных последствий, — и задумавшись добавил, — Если конечно сделать все правильно.
— То есть, я не поменяю цвет кожи, не отращу крылья и не стану охотится на людей?
— Да. Видишь ли, — он поставил на стол три колбы и взяв мою руку, снова уколол палец, — Если взять и просто смешать мою кровь, с кровью одного из этих существ, — Нил показал на пузырьки пальцем, — то она свернется. Мне нужна особая, подходящая мне. Может прыгуна, может дырокола, а может у меня все там так замешалось, что ни одна не подойдет! А у тебя видишь… Никакой реакции!
Церковник уколол себя в палец и выжал капельку крови в одну из колб. Раствор забурлил, появилась пенка и осадок.
— А теперь рассказывай Шисс Регос, дальний родственник Дорне Регоса, моего друга по кличке Крысолов. Кто ты на самом деле? Кровь Дорне очень уж специфичная. В свое время я с ней замучился.
— Он не мой родственник, — сказал появившийся в проходе Дорне, — Он из изолированного клана, группы людей, что отказалась когда-то смешивать кровь…
— Хорошая попытка Дорне! — скрестив руки на груди остановил его Нил, — Но за столько веков, таких не осталось. Я вот ни об одном не слышал и не читал.
— Ну ладно, тебя не проведешь. Я столько думал над этой версией для запасного плана. Как ты догадался?
— Никак, просто проверял. А версия хороша, — улыбнулся настоятель, — Ну так что? Он призванный да?
Дорне кивнул:
— Я собирался тебе сказать. Только позже…
Нил его уже не слушал. Утихший вихрь, набрал силу настоящего урагана. Хлопали дверцы, звенели склянки, запахло травами. Наконец, он остановился, замерев с большой банкой в руках:
— Мне нужно еще немного крови, — прохрипел Нил тяжело дыша.
Моя многострадальная рука, спряталась за спину:
— Эээ… мне не жалко Нил. Правда! Но на сегодня хватит.
— Да Нил, пусть отдохнет. В следующий раз наберешь, — поддержал Дорне, глядя на бегающие глаза друга.
— Не думаете ли вы, — постарался я перевести разговор в другое русло, — Что тот старик в храме, набрал крови для такого же опыта?
Грегич посмотрел на Дорне, потом на меня и сумев перебороть себя шумно выдохнул. Поставив банку на стол сказал:
— Вероятнее всего. Больше с ней ничего интересного нельзя сделать. Похоже, что встреча с епископом состоится намного раньше.
— Для чего им проводить такие опыты? — задал я еще один вопрос, — Ведь церковь борется против измененных.
— Как бы тебе сказать, — начал Нил, но его перебил Дорне.
— Ты скоро узнаешь, — Вскоре предстоит небольшое приключение. Всплыло кое-что интересное. Осталось дождаться, когда придет весточка от моего информатора с подробностями…
***
Этой ночью лёгкий снегопад превратился в настоящую пургу, успокоившись за пару часов до рассвета. Как только стихия улеглась дозорные заметили посреди снежного поля рассыпающееся дерево Хекка и наше звено поднялось по тревоге. Дерево Хекка горит без огня, но греет сильнее, чем пылающий костер, покрывая все вокруг собственным пеплом. Лужа растопленного снега уже замерзла, превратившись в скользкое зеркало.
— Не успел год начаться, — проворчал отдышавшийся Бородач. Снега навалило прилично, в некоторых местах можно было провалиться по пояс. Снегоступы помогали, но такая прогулка все рано очень выматывала. — Фин и Шисс, распрягайтесь и грузите эту сосульку. Мастер Чанс любит, когда ему привозят такие экземпляры. Они почти как свежие и всегда целые.
Мы дотащили сани до вмерзшей в лед лапами твари не больше собаки и отцепились. Фин вытер лоб, уставившись на цель. Немного подумав обнял за бока замершее животное и собрался его оседлать. Сапоги заскользили по льду и воин завалился, утаскивая за собой «сосульку». Раздался хруст — ноги твари отделились от тела, оставшись торчать четырьмя колышками. А неловкого товарища придавило.
— Криворукий болван! Заставить бы тебя растопить тушу и пришить эти лапы, — Бородач ругался, но не смог сдержать улыбку. Фин не видел этого, пытаясь вылезти из под тела. — Мастер Чанс научит тебя аккуратности. Больше целых тварей, он любит только покричать! Чего ты там вертишься, вставай и выдалбливай эти обрубки. Помоги ему Шисс, а то вмерзнет сейчас и будет звенеть в санях второй ледышкой.
Меня что-то кольнуло в словах наставника, но я отвлекся, сталкивая груз с напарника. С помощью небольших ломиков, специально прихваченных на такой случай, удалось отделить вмерзшие конечности. Теперь самое сложное — длинный участок до более или менее утрамбованной дороги, где ждала нас остальная часть отряда с лошадьми.
— Нам еще повезло с размером, — сказал идущий впереди Бородач, — Сани почти полупустые. Как-то раз такая гора замерзла, мы и сами впрягались, и коней, еле дотянули до города.
— Для чего им это? Я еще понимаю, новые или редкие виды, но этот обычный нюхачь. Их же постоянно носят, чего там изучать, — сказал пыхтящий Фин, не поспевая за быстрым шагом.
— Тебе в еду добавляют, чтоб без мяса кашу не ел, — ответил церковник. Настроение у него поднялось и от утренней угрюмости не осталось и следа. Еще бы: тварь оказалась небольшой, к тому же за ней не пришлось бегать. — Говорят нести, значит надо нести. Может яды пробуют, а может чучела набивают, не наше дело.
Куда же Цвон и без огня. На костре в походном котелке вскипала вода. Мы попили травяной сбор и мне пришла идея, как спасти Фина от неудачной охоты. Зачерпнув в кружку кипятка я полил лапу на месте слома и прижал к телу нюхача. Держал около минуты, на всякий случай. Трюк сработал и она приклеилась.