Новая керамическая посуда на египетскую тематику имела определённый успех, и парень решил закрепить его, начав производство новой серии, ориентированной в этот раз для не слишком богатого покупателя, лишь в некоторых общих чертах повторяющую стиль изделий для аристократов. А вот с оружием Евпл решил поначалу ничего не мудрить и сосредоточиться лишь на увеличении количества производимого товара путём реализации уже полученного совета о разделении процесса изготовления на несколько этапов, которыми будут заняты разные люди. Пришлось, конечно же, потратиться на расширение кузни, но затраты начали окупаться довольно скоро, что было хорошо видно из отчётов управляющего Никиты Хониата.
Чуть позже, поразмыслив получше о будущих встречах с туземцами, Евпл вернулся к мнению, что меч – это хорошо, но он больше подходит для битвы с противником, имеющим броню, а таковые вряд ли встретятся в южных землях. Против же бездоспешных врагов лучше действовать скимитаром, называемым иногда саблей, благо, что его рабы-кузнецы с Кавказа умели ковать и это, распространённое как в горах, так и в степях, оружие. Пришлось абордажникам опробовать несколько разновидностей и выбрать ту форму, которая им более подходит для рубяще-режущего боя.
Второму кандидату на должность управляющего производством по имени Северин было поручено узнать всё о стеклянных бусах, их продавцах и производителях. Евпл пока не планировал их изготовление, но хотел быть готовым ко всему в случае успешного товарообмена с далёкими, полудикими туземцами. Попутно Северин должен был расспрашивать об южных болезнях, тщательно записывая всю полученную информацию, даже если она и представлялась выдуманной. Евплу очень не хотелось отказаться в ситуации, когда жизнь десятков его матросов будет зависеть лишь от того, как скоро он сможет их вылечить от того, о чём и сам не знает.
К началу осени было куплено относительно небольшое судно с почти теми скоростными характеристиками, которые и требовались для разведывательного корабля. Торг был длительным и жёстким, но Евпл уже знал, как можно снизить стоимость интересующего его объекта, даже не привлекая силу внушения – красивое оружие любят все мужчины. Ну а когда будущий покупатель расслабился, представляя себя гордо прохаживающимся перед своими знакомыми с необычным и красивым клинком, его разум стал открытым для несвойственной мысли сделать скидку на продаваемый корабль ещё больше.
Команды моряков тоже не сидели без дела на берегу и тщательно бороздили море в поисках злодеев, которые еще не предполагали, что скоро могут расстаться со своими деньгами. Иногда это были не разбойники, а с виду честные люди, желающие путём пиратства поскорее приблизить свою мечту стать богаче. Довольно часто такие несостоявшиеся любители лёгкой наживы предлагали выкупы за своё освобождение, которые с готовностью принимались. Не сказать, что монеты текли рекой в кошель, но их становилось определённо больше.
Печаль Дарьи тоже увеличивалась по мере приближения весеннего отплытия – она всё чаще и чаще ходящей с грустным выражением лица. Евпл начал расспрашивать её об этом, и оказалось, что она была подавлена не столько временем его отсутствия, поскольку уже стала привыкать к продолжительным отлучкам мужа, а к тому, что тот в далёких землях может найти себе новую женщину. Парню было несколько странным узнать о наличие подобных мыслях у той, на чьей родине многожёнство было повсеместным. Оказалось, что у её отца была всего одна жена и Дарья просто не была готова к тому, что может наступить момент, когда она станет не единственной для своего мужчины.
– Глупенькая, – как можно мягче утешал Евпл. – У меня и в мыслях не было такого желания.
– Мужчины часто думают не тем местом, которым надо.
– Ну да, бывает. Но если вдруг идея о второй жене и появится у меня в голове, то ею уж точно не будет чернокожая женщина, с которой я и парой слов перекинуться не смогу. К тому же ваши законы запрещают последующие браки без согласия первой жены.
Сложно было сказать с уверенностью, повлияли ли эти увещевания на Дарью или нет, но через некоторое время к ней вернулись прежняя уверенность и весёлость. Евпл даже подумал, не беременна ли его жена, но осмотр не показал никаких признаков этого. “Значит, успокоилась” – подумал парень и выбросил из головы лишние мысли, мешающие сосредоточиться на важных приготовлениях.
За пару месяцев, оставшихся до начала штормовой зимы, флотилия несколько раз выходила в море и тренировалась как в преследовании вражеских кораблей, так и в береговом десанте. Нельзя было упускать из виду любой вариант событий и несколько раз капитанам приходилось учиться уплывать от превосходящего числом противника.
Большое внимание уделялось ночным плаваниям, очень непопулярными в некоторых местах Средиземного моря из-за большого количества мелких островов. Теперь носу и корме каждого корабля теперь было не по одному фонарю, как требовало морской устав, а по два разноцветных, чтобы можно было и в полной темноте определить в какую сторону плывёт судно…
Наконец-то настала прохладная зима и Евпл практически не выходил из дому, уделяя как можно больше внимания своей жене и, даже, дочери. Поначалу ему было довольно трудно общаться с этим маленьким и несмышлёным комочком плоти, но вскоре он привык видеть её чуть ли не каждый день. Дарья, в предчувствии скорой разлуки, тоже старалась быть с мужем чаще, особенно по вечерам, когда никакие дела уже не могли отвлечь их друг от друга.
После сатурналий прибыл Северин и долго рассказывал хозяину о том, что удалось узнать о загадочных южных болезнях. Эти новости повергли Евпла в некоторую растерянность, поскольку он не знал, насколько можно верить тем или иным слухам. Особенно его поразило одна байка, что во время купания в южных озёрах и реках в тело человека может заползти насекомое, которое будет жить в глазном яблоке. А вот вести о различных морах и эпидемиях парня насторожили меньше, поскольку нечто подобное существует во всех землях. Да и полностью уберечься от них можно, как правило, лишь одним способом – не встречаться с тем, кто выглядит как заболевший человек. Правда, кому это особенно помогало?
Глава 35
Опять к Евплу потянулась вереница страждущих излечить свои болезни. “Странные люди, – подумал парень. – Почему-то ждут до января, чтобы начать думать о здоровье.” Но отказывать в таком деле молодой целитель не имел привычку. Раз зовут на помощь, то надо вставать и идти. Ранее Евпл уже не раз зарекался посещать дома больных, но теперь понял – люди не боятся, а следуют поговорке, что дома и стены помогают. Да и ладно, может это и правильно. К тому же зачем лишний раз принимать у себя чужих людей, которые будут смотреть на его личную жизнь? А ею парень дорожил и выставлять напоказ не желал. Мой дом – моя крепость.
На этот раз позвали к некой Цецилии, уже зажившейся, честно говоря, на этом свете в свои восемьдесят четыре года. Но родственники, по-видимому, любили свою старушку и не пожалели монет, дабы та смогла встретить своё восьмидесятипятилетие. Как бы то ни было, размер оплаты был оговорен, и Евпл подсел к старой женщине, объясняя свои дальнейшие действия. Та уже плохо понимала происходящее и лишь молча смотрела на целителя своими мутными глазами.
Обложив лежащее тело камнями с рунами, парень, как обычно, возложил свои руки и стал мысленно соединять оба сознания. Посмотрев на частично сияющие узлы женщины, Евпл чуть не вскочил – у той отчётливо было видно неразвитое хранилище силы! Совсем такое же, как у детей, которые жили у него в доме. Как такое может быть? Ладно, потом задаст свои вопросы, а сейчас надо сделать всё, чтобы эта старушка прожила как можно дольше. На частичное очищение узлов ушло полдня и парень понял – сегодня он больше ничего сделать не может.
– Кем были её родители? – спросил Евпл у сына старушки.
– Обычными людьми, – пожал плечами тот.
– А ты их помнишь?
– Довольно смутно, – признался Юлий. – Мама когда-то рассказывала о деде с бабкой, но мне тогда было это неинтересно. А потом, когда вырос, появились свои дела, семья… Так что о них я, можно сказать, ничего не знаю.