Когда ходячие трупы унесли своего правителя, друзья вернулись ктоварищам.
— Что за вонь? — первой спросила Монета.
— Теплеет, — отозвался Прыщ, — зомби начали гнить, видимо, интенсивнее что ли.
— Мерзость, — поморщилась девушка. — Тогда может, они быстрее сдохнут? Просто растают, как это снег:
— Не знаю, — честно ответил Шелест. — Думаю, приспособятся. А то ещё на поверхность выберутся те, кого создали в лаборатории.
— Интересно кто? — спросил Прыщ.
— Учёные. Знамо кто. — Шелест вздохнул и направился в подъезд дома, где парадная выходила на другую сторону улицы. Он стянул шапку и вытер вспотевшее лицо. — Что-то жарит, мороза нет. Чувствуете?
— Да, — кивнул Микки. — А что думаешь, только нам интересен этот поезд? Там сто пудов всё под охраной.
— Ничего, прорвёмся, — бравировала Монета, Прыщ вторил ей, а вот Шелест не был уверен, что их разведка завершится, как хотелось бы, успешно. Он вспомнил их схватку сКоролём и то, как выстрелил ему в голову. Помнил, что пуля вошла в лоб полузомби, как в пластилин. «И что, — спрашивал себя уже сейчас и тут же отвечал — ничего, Шелест. Ничего».
Петляя между дворами, спутники то и дело натыкались на зомби одиночек. Теперь об их присутствии говорил омерзительный запах разложения. Ветер дул в лицо, и теперь парни и Монета, как гончие псы учуяли носом опасность.
Один мертвец, притаившись на балконе, заваленного до третьего этажа дома обледенелым снегом, кинулся на Мика. Прыщ, заметив тварь, оттолкнул товарища и, молниеносно выхватив мачете, снёс гнилую голову зомби. Коричневая кровь окрасила снег. Он ещё белый, а теперь за ребятами тянулся грязный след. За ними никто не следил, поэтому не пришлось менять направление, чтобы запутать противников. Они ждали у станции, и попасть туда просто так невозможно.
«Гостиный двор» принадлежал Молоту. С ним станция «Маяковская» контактировала редко. Жители общины занимались литьём и ковкой. У них имелись отличные оружейники. Брокер не любил хозяина станции. Говорил о нём, как о слишком наглом и беспринципном руководителе колонии. Высокий и грузный Молот напоминал памятник, высеченный из камня. Бывший кузнец оборудовал под землёй горнило и собрал команду «металлистов», так называли людей «Гостиного двора».
— Меня всегда мучал вопрос, — вдруг подала голос Монета, она даже остановилась. — Почему люди, несмотря на происходящее с ними не хотят объединяться и достигать общей цели? Ведь сообща было бы легче справляться и с зомби, и восстановить город. Выживать легче же?
— Во всём виноваты человеческие амбиции, — ответил ей Шелест. — Дай голодному человеку хлеб, и он сначала набьёт свой живот, а лишь потом поделится с ближним. Чужаку же он этот хлеб просто так никогда не даст, даже если булка покроется плесенью. Это людская натура — думать в первую очередь о себе. Есть исключения, но доброту не ценят и быстро забывают. — Шелест поравнялся с девушкой. — Пример тому Брокер. Стоило ему оставить станцию, жители сделали выводы и не стали разбираться, в чём дело. Что произошло на самом деле. Одни предали его, другие стали презирать.
— Думаешь, не получится договориться с Молотом? — спросил Прыщ. Микки хохотнул, слова пацана показались ему слишком наивными:
— Петрович ангел, по сравнению с этим мордоворотом. Эта станция ни от кого не зависит, и «металлисты» считают себя выше других. — Он стянул с головы шапку и сунул в карман. — Жарко. Я даже вспотел.
— К ночи подморозит снова, — отозвался Шелест. Вынул из кармана батончики из прессованной крупы и сахара и раздал друзьям. — Подкрепитесь, неизвестно ещё когда вернёмся.
Впереди в разбитых окнах, оборудованных под бойницы, показались вооружённые стрелки. Они охраняли периметр, и теперь подобраться к станции стало точно сложнее. Раньше, по словам Шелеста, на «Гостиный двор» приходили все желающие.
— Молот отбирал нужных для себя людей. А теперь здесь неприступная крепость. Придётся постараться, чтобы попасть туда.
— И под каким предлогом попытаемся? — поинтересовался Микки. — Скажем, что у нас есть пароль для запуска поезда?
— Сдурел что ли? — Монета легко стукнула парня в бок, а он картинно согнувшись, застонал:
— Только не в печёнку.
— Хватит ребячиться, — строгим тоном проговорил Шелест. — Реально, как проникнуть туда? Снаружи просто так не получится.