— Будут тормозить всеми силами, да? Значит, всё надо делать быстро.
Сверкнув глазами на перебивание, старик продолжил:
— Второе — то же самое сделают аристократы. Став бароном, будь готов к тому, что от соседних земель тебе сразу прилетит один или несколько последовательных вызовов с целью проверить твои силы.
— Интересно, откуда ты это знаешь.
— Богатый опыт. — сухо прокомментировал он.
— Интересно, как это стыкуется с рыцарским кодексом и добродетелями отца. Нападать на новичков, давить их вместе…
— Превосходно стыкуется. Лорды наших земель — это элита людей. Лучшие из лучших, примеры наивысшей мудрости, благородства и отваги. И среди них нет места слабым, нерешительным или трусливым. Это не нападение — это проверка. Способен ли ты выдержать шторм, или согнёшься перед ним? Если неспособен, займись чем-нибудь попроще. — жёстко припечатал Кадоган.
— Полагаю, будет и третье?
Спокойно выдержав тяжёлый взгляд наставника, осведомился я.
— Нет. Не будет. Думаю, я достаточно хорошо знаю тебя, чтоб понять, что в этом деле тебе не нужно дополнительных наставлений. Отряд из двух десятков воинов обойдётся тебе от 2 до 10 золотых в день на человека. Новобранцам платят пару золотых, ветеранам — впятеро больше. Сумма может варьироваться в зависимости от города и королевства, это среднее значение.
— Значит, Три с половиной платиновых монеты или три с половиной тысячи золотых в год на человека. — задумчиво протянул я.
— Верно. Тех денег, что дал нам герцог, тебе должно хватить на год содержания небольшого отряда, если, конечно, ты их ещё не растранжирил.
Из тех денег у меня оставалось как раз порядка тридцати пяти монет с мелочью золотом. Однако… Я задумчиво достал мешочек, выданный торговцем в Палеотре, и высыпал его на руку. Там было десять тяжёлых, серебристо-белых монет из неизвестного мне металла.
— Сколько они стоят? И что это за металл?
— Небесная сталь. Как и в случае с золотом — тысяча платины за одну монету.
Ответил наставник, внимательно следя за моим выражением лица. Я лишь усмехнулся, покачивая их на ладони. У меня было столько планов и идей, как заработать стартовый капитал, однако он сам пришёл ко мне в руки, по случаю. Если на сотню платиновых монет можно было год содержать три десятка людей… Три тысячи на год. Или три сотни на десять лет. Огромная сумма, если так подумать…
— Так много за трофеи? Охота на морских чудовищ, похоже, прибыльное дело.
— Никто не охотиться на морских чудовищ. Скорее они охотятся на нас. Новая, неизвестная и крайне опасная тварь… Гильдии будут драться за то, чтобы сделать вещи из её трофеев. А тебе отошла половина: я договорился, пока ты был на лечении. Можно было выторговать и больше, но время поджимало.
Покачал головой старик.
— Что с наземными опасностями? Сколько дадут за ролтока? Искусство смерти может стать неплохим подспорьем в охоте.
— Содержать отряд на трофеи можно. Цена часто зависит от состояния и потребности скупщиков и сильно плавает. Чем больше и опаснее зверь — тем больше славы и богатства. Однако большинство охотников предпочитает более доступную добычу. Много алчных охотников сгинуло бесследно. Слишком много.
— Что об этом думают в ордене, кстати?
— Мы поддерживаем охоту, как можем. Сами иногда охотимся. Чем больше тварей мы убьём, тем безопаснее будет жизнь простых людей. Верховные иерархи поддерживают такое положение вещей, потому что оно способствует расселению людей по миру. Все королевства, кроме Ренегона, образовались лишь потому, что всегда находились смельчаки, что не дрогнут перед любой тварью, что способна создать природа.
— Нет зверя опаснее человека, да?
— Люди не звери. Люди — это люди. Мы не убиваем друг друга от голода. Не предаём своих. Помогаем друг другу. У нас есть честь и благородство, любовь и милосердие. Мы просто лучше. Быть лучше — это и значит быть человеком.
Я помнил множество вещей и был свидетелем множества событий, которые опровергли бы это. Однако делиться ими не было ни смысла, ни желания. Поэтому я промолчал.