— Ты не возражаешь, если я заведу от тебя детей?
В этот момент я пил сок ируара — местного большого фиолетового фрукта, похожего на гигантскую сливу. Оросив от неожиданности этим соком стену и едва не поперхнувшись, я изумлённо посмотрел на неё.
— Ты шутишь?
— Вовсе нет. Многие девушки заводят детей от клиентов, что приглянулись. Ты молодой и сильный рыцарь: отличный кандидат на то, чтобы рассказывать истории об отце детям. Почему нет? — Элия соблазнительно изогнулась на кровати.
— Ну, может, потому что у меня нет в ближайших планах семейной жизни и воспитания детей?
О том, что подобного нет и в совсем отдалённых планах, я умолчал. Это по меркам Тиала могло выглядеть странновато.
— Тебе и не придётся. — девушка весело фыркнула, встряхнув светлыми волосами — от тебя требуется только приятная часть процесса. Об остальном я позабочусь и без тебя: я достаточно обеспеченная женщина.
На таких условиях я не возражал. Быть может, это даже однажды пригодится. Однако ещё пару вопросов прояснить стоило.
— Это выглядит немного странно. В Таллистрии что, настолько мало мужчин? Зачем тебе это?
Девушка чуть грустно вздохнула, присев на кровати.
— Совершенно незачем, на самом деле. Да и выходить замуж я не хочу. Но так принято — традиции. Бездетная женщина в Таллистрии — почти пария. Это повсеместно осуждается, если, конечно, это не результат потери ребёнка. Мне уже двадцать восемь, и на меня начинают косо поглядывать.
— Интересные подробности. У вас есть какие-то законы на этот счёт?
— Законов нет, но лучше от этого не становится. Из дворца удовольствий могут и выгнать, например, за несоответствующий моральный облик. Королевство жизни, нужно соответствовать.
На последних словах Элия слегка скрипнула зубами.
— Пожалуй, я всё же помогу тебе с этим.
Стоит заметить, что после этого разговора она проявила особую… старательность.
Дворец удовольствий был велик и просторен, однако периодически я всё же пересекался в нём с другими постояльцами, с которыми можно было перекинуться парой слов, если было желание. И одна довольно любопытная встреча произошла во время того, как я пришёл послушать игру на арфе в саду.
Большой, немолодого вида толстяк с гигантским пузом сидел на лавочке, также слушая музыку. Завидев меня, он представился:
— Сэр Брюлан, к вашим услугам.
— Сэр Горд. Вы рыцарь?
— Право слово, на рыцаря толстяк походил меньше всего. На его толстых пальцах было даже сложновато различить перстень. Но на мой вопрос тот лишь добродушно улыбнулся.
— Самый настоящий. Однако я уже много лет не брал в руки меч, вы правы.
— Как же так вышло?
— В молодости такого точно не ожидаешь, да? Когда-то и я был неплохим бойцом. Был рыцарем, потом главой отряда, потом собрал собственный торговый караван… А дальше мне всё реже приходилось махать мечом и всё больше времени проводить за счётами и бумагами. А потом меня выбрали главой торговой гильдии — ох, сколько бессонных ночей это принесло… Торговля — кровь королевств. Моя работа приносила намного больше пользы людям, чем работа любого рыцаря или охотника. Поэтому я оставил ратные дела и пришёл к тому, что имею сейчас. Тогда на них не было времени, да и сейчас, по правде, его не особо много. Изредка выкраиваю денёк зайти сюда, отдохнуть душой.
— Душой и телом, надо полагать? Девушки здесь прелестные.
Толстяк по-доброму рассмеялся.
— Нет, боюсь для этого я уже немного не в той кондиции.
— Вы не выглядите слишком старым.
— Я ещё могу иметь детей, верно. — купец степенно кивнул. — Однако в один день я пришёл сюда и уже не увидел в глазах девушек того желания, которое они испытывали ко мне в молодости. Скорее, там мелькнуло отвращение. С тех пор я отказываюсь от подобных услуг. Думаю, любой человек на моём месте поступил бы так же.
— И у вас нет никакого желания? Да и потом, возможно, целители могли бы помочь вам с этим.
Жирдяй смерил меня покровительственным взглядом.
— Вероятно, вы росли не в Таллистрии. Любой мужчина, что вырос здесь, за время молодости пресытился бы плотскими утехами на всю оставшуюся жизнь, и я не исключение.
— И всё же, это же наверняка неудобно! Лучшие мастера жизни точно могли бы вам помочь.
Толстяк степенно кивнул.
— Да, это так. Но здесь имеет ещё один нюанс. Мне нравится быть таким.