— Позволил?
— На юго-востоке Ренегона есть большое болото, часть территории которого простирается и на соседние королевства. Это место зовётся Тёмные топи. Никто не живёт там, и никто не возвращается оттуда. Несколько столетий назад наш король решил освоить эти земли — высушить болота, организовать там поселения. Туда еще раньше было организовано несколько экспедиций, но ни одна не вернулась. И он послал армию: пять тысяч отборных солдат, и с ними отправились жрецы, свободные мастера, даже один из советников иерарха и младший принц. Они вошли в топи, прорубая себе путь, и пропали. Всё до единого, никто не выжил.
— Этого не может быть. Даже если там живут твари, способные уничтожить армию, должны быть постовые, разведчики, кто-то должен успеть отступить и хотя бы приблизительно рассказать о том, что произошло. — возразил я.
— О да, это был горький опыт, конечно. — вздохнул магистр. — Вот только никто не предполагал, что там водиться что-то, способное сожрать армию в пять тысяч. Ренегон — самое благоустроенное королевство, однако и у нас в лесах иногда заводится опасная дрянь. Король, как и прочие лорды, иногда устраивает облавы: собирает армию и прочёсывает леса, истребляя всю живность, до которой дотянется. Именно так и действовала армия, посланная в топи: вот только разведку они посылали вперёд, а не назад. Никто и предположить не мог, что вся армия будет уничтожена в короткие сроки, а затем ещё и уничтожат обоз. Посылать разведчиков назад мы додумались только после этого случая. В некоторых королевствах, возможно, до сих пор так не делают.
— Я вспомнил трупы, что мы с Кадоганом встретили на границе Арса и Ренегона. Деревенские пытался бежать, однако были уничтожены. Схожий случай, быть может? Однако подобные истории для меня все меньше и меньше напоминали поведение животного. Это уже не попытка защитить территорию - скорее, устранение свидетелей. А устранение свидетелей - прерогатива разумных, а не животных...
— Что вообще водиться в болотах? Бестиарии ордена имеют скудную информацию по этому вопросу.
— Потому что мы давно перестали посылать экспедиции в болота. В Бингле точно водятся болотные гидры — поменьше морских, однако любую деревню рядом сметут без шансов.
— Странно, что они не выходят за едой подальше.
— Почему же, выходят. Просто не слишком часто: только если выдался голодный год. Обычно чудовищам хватает еды в своём ареале обитания. Мы, словно ручеёк, расселились по тем местам, где не обитало того, что мы не можем вывести при всём желании. А так — в любом королевстве есть места, где никто не селиться. Леса, горы, болота, джунгли или пустыни на юге…
— Странно, что это не включает в себя побережье. Учитывая ту тварь из глубин…
— Её прозвали крикуном, верно? Мне докладывали, да. Мощное чудовище. Такое способно положить целую армию, верно? Баллисты вообще не взяли, а огнём смогли только ранить. Но это уже вопрос выживания. Верховные иерархи давят на королей прибрежных государств, чтобы те ни в коем случае не отступали на сушу. Мы не знаем, как преодолеть хребет, но в теории, способны построить корабли, что преодолеют океан. Поэтому держаться на побережье стоит до последнего…
— Вам никогда не приходило в голову, что Отец жёсток, раз создал столько разнообразных чудовищ, досаждающих роду людскому?
Магистр посмотрел на меня как на идиота. Но всё же ответил.
— Мир создавали несколько богов. Каждый отвечал за свою часть, а Отец — за людей. За северных варваров отвечал свой бог. Уверен, что есть и иные народы, с которыми мы пока не встречались. Наверняка живут на той стороне хребта — вряд ли там просто океан…
— Так кто же создал всю эту живность?
— Не знаю. Может, Природа-Мать, может, кто-то ещё, а может, все боги сразу. В любом случае гадать о мотивах богов бессмысленное дело. Они мыслят иначе и точно мудрее нас.
Магистр подлил себе сока из графина.
— Вернёмся к делам насущным. Это искусство… это же шанс, ты понимаешь?
— Шанс на что?
— Шанс на очистку наших земель. Несколько обученных людей вроде тебя, способны убить любую тварь. Ты говоришь, что любой человек способен овладеть им, верно?
— Верно.
Говорить о кровавых ритуалах, что сопровождают это обучение, я не стал.
— Если обучить достаточно много, мы сможем очистить эти земли. Топи, леса, горы… Пройтись огненной волной по ним, извести всех чудовищ, что мешают роду людскому. Одного за другим, всех до единого. — в голосе магистра слышался фанатичный огонёк и древняя, застарелая ненависть.