То лишь жестом указал мне цену, и привычным жестом смел золото.
Три дня я присматривался к обитателям, просиживая всё время в зале и потягивая напитки. Комнаты в таверне, по меркам простых солдат были дорогие, а вот простая еда и напитки были вполне по карману даже не слишком богатым наёмникам. Здесь мало кто жил, однако многие приходили пообедать и обсудить новости, нанимателей и воинскую жизнь. Пару раз я застал небольшие праздники — группы воинов, видимо, вернувшиеся с удачного задания заказывали более дорогую еду и напитки, и устраивали небольшую пирушку, впрочем, не устраивая никаких сцен и дебошей. С разговорами, впрочем, за все три дня ко мне никто не лез. Люди подбирались тихие и тактичные, что меня вполне устраивало.
На четвёртый день я решил действовать. Мелайя должна была явиться уже завтра, а до тех пор можно было присмотреть несколько людей. Все три дня в таверну наведывался один и тот же человек, которого я приметил: бородач с лёгкой проседью, но ещё не старый, около 35–40 лет на вид. Он всегда приходил в одно и то же время за скромным обедом, и в нём меня привлекло то, что в отличие от многих других собирающихся, он не имел ни единого шрама. Часть, конечно, могла быть под одеждой, однако чувство жизни говорило, что мужик здоров как бык и находиться в расцвете сил.
— Я присяду? — обратился я к спокойно обедающему бородачу.
— Присаживайтесь, ваша милость. — не прерывая трапезы, ответил мужик.
— Как вы узнали меня?
Вопрос был непраздный. Закрытый толстый плащ, рыцарское кольцо я вообще снял — хотя его иногда и можно было натянуть на латную перчатку, многие рыцари предпочитали носить его на цепочке. Внешне, на мой взгляд, меня сложно было отличить от простого воина.
— У нас, простых воинов, что собираются здесь, обычно нет денег на полные латы. Вы двигаетесь так, что намётанному глазу понятно, что за доспехи одеты под плащом. Да и потом, думаете вы первый, кто явился сюда посмотреть на нас инкогнито?
— Справедливо. Меня зовут сэр Горд. Позвольте угостить вас.
— Отказываться не буду. Звать меня Бролан.
Я сделал жест трактирщику, чтобы тот принёс хорошей еды и напитков. А затем скинул плащ на скамейку. Глаза Бролана слегка блеснули — латы он узнал. По таверне прошёлся ряд шепотков, однако вскоре затих.
— Я собираю отряд для дальней экспедиции. Можете что-то посоветовать по данному поводу?
— Зовите меня на ты, я мужик простой. Что до экспедиции — зависит от того насколько дальней, и насколько опасной.
— На крайний север. — обтекаемо ответил я. — Опасность ожидается весьма высокой.
Несколько минут Бролан задумчиво жевал, раздумывая.
— В рыцари посвятите? — внезапно спросил он.
— Если будут достойные — усмехнулся я.
В глазах мужика мелькнуло непонятное выражение. Потом он зло сощурился, и, кажется, едва удержался от того, чтобы сплюнуть.
— Почему вы всё так любите говорить про достоинство, вместо того чтобы просто послать нахер?
— Вы не ответили на вопрос. — сухо проигнорировал его вопрос я.
— Здесь вы не найдёте людей на такое дело. Мы здесь не трусы, но и желающих сложить голову вдалеке от родной земли нет.
— Я могу хорошо заплатить.
— Дело не в деньгах.
— А что насчёт чести? Достоинства? Желания послужить благому делу?
— Расскажите эти сказки молодым. Вам бы в “Бордовый меч” или “Чистый топор” — там как раз собираются молодые, неотёсанные. Только свистните, и пару десятков на подвиги рвануться.
— Мне не нужны молодые. Мне нужны ветераны.
— Не сочтите за оскорбление, ваша милость, однако ветеранам похер, что они вам нужны. Все ветераны знают, что благородные господа, вроде вас, в первую очередь отправляют на смерть наёмников, и лишь во вторую очередь — своих вассалов. Мы не в претензии, конечно, ремесло такое, своих-то всегда больше ценишь, это понятно, но желающих сунуть голову в задницу гидры от этого больше не найдётся. Можете попробовать поискать тех из ветеранов, кто в долгах — может, кто и согласиться за большую предоплату.
— Интересно, как вы вообще находите работу с таким подходом.
— Нормально находим. Предложи вы сопровождение, путешествие, или охоту — нашлось бы немало желающих. Но дальняя, опасная экспедиция… Такие слишком часто плохо кончаются, так что дураков нет.