— Понимаю. — девушка кивнула и принялась развязывать шнуровку кожаного доспеха.
Я остановил её поднятием руки.
— Мне импонирует твоя готовность, однако ты совсем не так меня поняла.
— То есть вы привели меня одну в уединённое, защищённое место, не для того чтобы предаваться любовным утехам? — подняла она бровь.
— Нет.
— Тогда я вся внимание. - Киана посмотрела на меня с лёгкой растерянностью, но без малейшей опаски.
— Что ты видишь, глядя наверх? — начал издалека я.
— Небо. Оно голубоватое. На нём есть облака, вдалеке видны тучи, всегда накрывающие хребет. — пожала плечами девушка.
— Всё верно. Я хочу, чтобы ты сказала, что оно красное.
Вот здесь она удивилась.
— Но оно не красное. Оно голубое.
— Именно так. Скажи, что оно красное.
— Это не так.
— Плевать. Я хочу, чтобы ты сказала, что небо красное.
Крайне запутанная девушка несколько раз открыла и закрыла рот, как рыба, выброшенная на берег. Но наконец, у неё заработали мозги, и она выдавила:
— Небо может быть красное на закате или рассвете, в подходящий день, если смотреть с нужного угла…
— Это не то, что я хотел. Скажи, что сейчас небо красное. Это приказ.
День был пасмурный, и солнца было не видно: большая часть неба была затянута тучами. Там не было видно ни единого красного лучика, так что зацепиться было решительно не за что. И девушка молчала. А потом начала бледнеть. И я почувствовал, как жизнь уходит из неё, перетекая ко мне! Клятва начала убивать её из-за неисполнения прямого приказа!
Нет, так дело не пойдёт. Я взял Киану за плечи, встряхнул, и сосредоточился на связующей нас нити, пытаясь заставить жизнь влиться в неё обратно. Сперва мне это удалось… но лишь сперва.
— Скажи. Что. Небо. Сейчас. Красное. — отчеканил я, глядя ей в глаза.
Процесс ускорился. Клятва начала убивать её всё быстрее и быстрее.
— Выполняй приказ! Именем твоей крови, ты должна сделать это! ДОЛЖНА! — заревел я.
— Небо… красное… как кровь… — словно преодолевая чудовищное сопротивление, выдавила из себя мертвенно-бледная черноволосая девушка, глядя на меня невидящими глазами. И всё прекратилось.
Небеса не разверзлись. Ничего не изменилось. Но моё предположение о том, что есть некий внешний фактор, что мешает людям лгать, был полностью подтверждёно. С того самого момента, когда я узнал об этом от наставника, мне ни на секунду не верилось, что даже божество могло бы создать общество, в котором нет лжецов. Слишком хорошо я знал людскую природу… И слишком сильно ей не соответствовали люди в королевствах. Так просто не могло было быть. Я не чувствовал влияния на себе — вероятно, этого не знали и другие люди. Возможно, это можно было объяснить враждебной средой, изобилием чудовищ-людоедов, молодостью мира, божественным воспитанием, или даже отличающейся физиологией… Но картина мира, в котором нет лжецов и убийц, нет столь привычной подлости и злонамеренного обмана, мира, где рыцари действительно благородны, а лорды и короли действительно самоотверженно служат народу всеми, была для меня столь дикой, что я просто не мог в это поверить. И оказался прав.
Я позволил довольной улыбке появится на лице. Чтобы это не было, теперь я знал: это можно сломать.
По мере того как я перекачивал отобранную клятвой жизнь обратно, на лицо Кианы возвращался румянец. Тяжело отдышавшись, она наконец спросила:
— Что… Что это было?
— Это была свобода. Полагаю, сегодня ты получила немного истинной, настоящей свободы. — медленно ответил я, улыбнувшись ей.
Закапал дождь. Девушка мелко подрагивала, ещё не отойдя от пережитого, и я заботливо укутал её плащом. В конце концов стоит заботиться о приобретениях, которые должны прослужить долго.
Глава 66
В назначенный день Бролан не изменил своим привычкам — в то же время поглощал свой традиционный скромный обед в “Белом мёде.” Я присел напротив.
— Ты нашёл людей?
Наёмник указал взглядом на сдвоенные столы в углу таверны. Там сидело десять мужиков разной наружности и с интересом наблюдало за нами.
— Здесь многовато ушей. Предлагаю прогуляться за город. У меня там оборудовано местечко как раз на этот случай.