Визгливой не так повезло — она кричит и ругается, пока ее тащат вниз по лестнице в трюм за ногу. Я бы спас ее, хотя бы из сострадания, но я занят. Есть жизни, которым я должен отдать приоритет, чтобы добраться до Ив.
Зверь, вцепившийся в самку, разорван пополам, но не мной. Той невидимой сущностью, присутствие которой я чувствовал.
— Что это, во имя блядских Звезд? — выдыхает Кидд, но у меня нет времени на его невежество. Его много раз предупреждали о безбилетном пассажире, но он предпочел не слушать. Кажется, я был прав, и это существо питает слабость к Визгливой.
— Мадонна! — кричит Джейн, когда крошечное серо-белое земное существо вырывается из кармана одежды Визгливой и беспомощно скребется по деревянной палубе. Я аккуратно подхватываю его хвостом и передаю Джейн, прежде чем она бросится в месиво в попытке схватить его.
Другая человеческая самка исчезла, а вместе с ней и остальные инопланетные псы.
Я скольжу за ними, убивая по пути столько, сколько смогу, и обнаруживаю нескольких самцов-пришельцев другого вида, втаскивающих Визгливую Самку на другой корабль. Как только они оказываются внутри своего судна, дверь закрывается, а вместе с ней и наша, словно они были намагничены.
Раздается шипящий звук, и я остаюсь с отставшими и без ответов.
Не имеет значения. Они мне не нужны.
Я добиваю последних инопланетных псов, проглатываю нескольких и возвращаюсь к капитану наверх.
— Коллекционер, — рычит он, глядя на свою окровавленную палубу, осматривая повреждения ряда серебряных орудий, переворачивая ногой тела своей мертвой команды. — Ублюдок, сукин сын, хуесос, весталисское отродье!
— Коллекционер? — повторяет Джейн, но Кидд ей не отвечает. Он лает — буквально, это звук Яэна — приказы своей оставшейся команде и листает экран смотрового устройства.
— Чудесным образом мы не получили никаких повреждений, — говорит ему один из членов команды. — Они просто забрали ту человеческую самку и ушли. С каких это пор Коллекционер оставляет кого-то в живых? Они должны были потопить нас, не так ли?
— Должны были, но они не могли рисковать пушечным огнем, — бормочет Кидд, бросая на меня долгий взгляд. Что-то изменилось в его выражении лица по отношению ко мне. Страх никуда не делся, но рядом с ним закралось и уважение. — Возможно, ты только что спас наши задницы, — говорит он мне, пока я сажусь и поднимаю крыло, осматривая повреждения от укусов. Я довольно сильно истекаю кровью, но, по крайней мере, у меня есть много еды, чтобы подпитать процесс исцеления. Мой язык вырывается из пасти, и я прохожусь им по худшим из моих ран.
— Мне не нужны твои голосовые банальности. Докажи мне свою благодарность, вернув меня к моей паре.
Кидд фыркает и поправляет свой черный головной убор, закатывая янтарные глаза.
— Точно. Настроить твой второй секс-сеанс с твоей самкой. Сию же минуту, сэр. — Капитан уходит, чтобы командовать своим кораблем, останавливаясь рядом с Джейн, словно желая поговорить с ней наедине. Она стоит перед ним, дрожащая, напуганная, но упрямая, как многие человеческие самки. В руках она держит спасенного опоссума. — Ты в порядке? — спрашивает он, напуская на себя неохотную беспечность, от которой мне хочется вздохнуть.
Оба влюбленных идиота вздрагивают от этого звука.
— Я в порядке, — нерешительно отвечает Джейн, ее взгляд скользит мимо капитана, чтобы наблюдать за мной, пока я вылизываю раны на своем теле. Когда я закончу, я съем остальные трупы, а затем переоборудую свое логово для очередного самоудовлетворения. Насилие на этом корабле снова всколыхнуло мою кровь, и мой мешочек тяжело натянут и отвисает. Кидд поднимает руку, словно собираясь коснуться Джейн, но затем трусливо опускает ее вдоль туловища. — Не то чтобы тебя это волновало.
— Меня это совершенно, блядь, не волнует, — лжет Кидд, рыча себе под нос, сжимая руки в кулаки и направляясь под палубу.
— Отрицать реальность неразумно, — предупреждаю я Джейн, забавляясь тем, как ее щеки меняют цвет, что напоминает мне мою собственную пару. Она несколько раз открывает рот, но оттуда не вырывается ни звука. Только опоссум издает звук, предостерегающе шипя на меня. Я игнорирую его и, поскольку Кидд теперь в моем логове, я занимаю его.
Когда он возвращается несколько часов спустя, он находит свою кровать мокрой от крови, связующей жидкости и семени. И меня, свернувшегося калачиком на ней. Я щелкаю на него зубами, и он отступает с ругательством, позволяя механической двери захлопнуться и запереть меня в моем новом святилище.