— Там… — Коннор указывает на монстра-слизняка и… Ну, на этот раз это не просто монстр-слизняк. Это тот самый монстр-слизняк, из пасти которого торчит нога юриста. Я узнаю отвратительный узор уродливых лоферов «Гуччи», которыми он хвастался половину благотворительного вечера.
— Дерьмо. — Хит щупальцем выхватывает шестизарядный револьвер из кобуры на спине. Он поднимает оружие над толпой, и все замирают. Я вздрагиваю от выстрела — он попадает слизняку в голову. Или в то, что я считаю головой. Чем бы оно ни было, монстр оседает на пол коридора, а люди возвращаются к своим делам, будто только что не видели, как кого-то застрелили. Хит сдувает дым с дула пистолета — я не шучу — и убирает его. — Моллюскам нужны месяцы, чтобы нормально переварить пищу. Похоже, у этого возникли проблемы с одеждой.
Хит неспешно подходит к телу, покачивая хвостами и демонстрируя задницу.
Аврил давится воздухом и краснеет, прежде чем отвернуться. Зеро пялится и облизывает губы. Коннор — единственный разумный среди нас — уделяет больше внимания мертвому слизняку и трупу, который Хит вытаскивает из его пасти. Нога юриста цела, вплоть до ботинка. Но на этом все. Не велика потеря, но все равно как-то не по себе видеть то, что осталось от твоего собрата-человека.
Офицер Хит выглядит особенно расстроенным, разглядывая останки.
Я оттесняю остальных и подхожу к нему.
— Если тебе от этого станет легче, он был мертв уже через несколько минут после нашего прибытия на Джунгрюк. Наверное. — Не уверена, сколько времени я провалялась в отключке, прежде чем пришла в себя, но вряд ли долго. — К тому же, он был мудаком. Схватил меня за задницу без разрешения.
Это привлекает внимание Хита. Он смотрит на меня, и мне кажется, что он собирается сказать что-то личное, может быть, о том, что происходит между нами. Я смотрю в ответ, но, когда подходит Аврил, он лишь улыбается.
— Не забудь про ту посылку. — Он берет ногу юриста на руки, хвостами подхватывает тело слизняка и направляется по коридору.
— Это мог бы быть кто-то из нас, — шепчет Аврил, а Коннор тяжело выдыхает.
— Может, выпьем? — Я смотрю на них, и они оба кивают. — Ага. Я так и думала.
Понадобился целый час, чтобы найти бар, где подают алкоголь, пригодный для людей. И мы узнали об этом только потому, что посол Весталис лично явился из посольства, чтобы помочь нам его найти.
Когда мы туда добираемся… он полон людей. Битком набит. Их тут легко наберется несколько десятков.
У меня отвисает челюсть.
— О слава Богу. — Аврил врывается в помещение и хлопает по плечу первого попавшегося человека. Тот оборачивается и обнимает ее так, словно они знакомы целую вечность. Толпа понимает, что в баре появилось новое лицо, и все взгляды обращаются к ней, а затем скользят к нам с Коннором.
Интересно, сколько из них трахались с пришельцами? — думаю я, а затем решаю, что могу просто спросить. Нас всех похитили против нашей воли. Еще вчера мы были обычными людьми, занимались обычными делами, жили обычной жизнью, а потом… вот это. Инопланетный бар на космической станции, соединенной с покрытой водой планетой, где полно порнографических лис с щупальцами. Понятие приличия больше не существует.
— Ив, иди сюда, послушай. — Аврил обнимает меня за плечи и начинает указывать на людей. — Портленд, Туалатин, Мак-Минвилл, Олбани, Ашленд, Юджин, Маркола, Грантс-Пасс.
— Интересные названия, — замечаю я, но я просто придуриваюсь. Я понимаю, к чему она клонит. Все эти люди из Орегона. В частности, все эти люди с трассы I-5 в Орегоне. Это… уникально. Возможно, именно эта особая порция странностей тихоокеанского Северо-Запада привлекает инопланетных похитителей.
Аврил бросает на меня раздраженный взгляд. Точнее, она смотрит на меня так же, как я смотрю на Табби Кэт. Это отрезвляет.
— Здесь три группы: Западный Орегон, Париж и Сингапур. — Аврил обводит группу рукой. Она определенно выяснила кучу информации за очень короткий срок. — Я собираюсь пообщаться с людьми и узнать, сколько сплетен я смогу собрать, пока мы здесь. — Она растворяется в толпе вместе с Коннором, оставляя меня одну у столика, за которым сидят мужчины. Оглядевшись, я понимаю, что мужчин здесь куда больше, чем женщин.
Зеро держится достаточно близко, чтобы сойти за настоящего телохранителя, но ни с кем не разговаривает и не обращает ни на кого внимания.
— Присаживайся, — говорит парень, похлопывая по стулу между собой и своим приятелем. — Еда здесь лучшая на станции. Это единственное, что я могу есть, не рискуя отравиться.