Я просто смотрю на него снизу вверх со своего места у бока Абраксаса, прижавшись к своему партнеру, пока он ест. Мы с копом смотрим друг на друга, и это не так, как когда я смотрю на Рюрика, но это… что-то. Как будто мы должны были бы стать друзьями в другой жизни. Наши характеры так чертовски хорошо сочетаются. У меня такое чувство, что и чувство юмора у нас тоже похоже.
— Почему ты мне помогаешь? — спрашиваю я, и даже Абраксас замирает, чтобы послушать его ответ.
Лицо Хита закрывается, принимая то холодное выражение, которое я видела, когда обвинила его в том, что он плохой коп. Ужасный поступок с моей стороны. Очевидно, он уже знал, где Коннор, и у него был план, как его забрать.
— Моя сестра, человек, о которой я тебе рассказывал. Что ж. — Он вздыхает и внезапно обматывается своими хвостами-щупальцами, словно ему нужно утешение, облако нежно-голубого цвета колышется перед его почти обнаженным телом. — У нее была младшая сестра — настоящая сестра, — которую я не смог спасти, потому что следовал правилам и протоколам. — Хит становится ярко-розовым, неоновым. Он заставляет себя улыбнуться мне, но в этой улыбке нет тепла. Интересно, это сестра научила его улыбаться? — Поэтому я не очень часто следую правилам и протоколам. И я не бросаю людей, какими бы занозами в заднице они ни были.
Он бросает взгляд на Абраксаса, смотрит на смятую дверь, искореженный пол, а затем уходит.
Я проверяю бумажный пакет, который он мне принес, и нахожу… что-то. Похоже на гигантский розовый пельмень в коробке, такой большой, что мне нужны две руки, чтобы его держать. Но пахнет он вкусно, а на крышке коробки красуется милый логотип Фалопекса. Я откусываю кусочек и обнаруживаю мясной фарш, смешанный с лепестками цветов. На вкус пряно, слегка сладко, немного терпко.
— Вкусно, — бормочу я от удивления, оглядываясь и видя Абраксаса с приподнятым краем губы.
— Мне не нравится, когда другие самцы кормят мою самку, — рычит он, и у меня расширяются глаза. Я не рассматривала жест Хита с этой точки зрения, но теперь, когда Абраксас упомянул об этом, в этом есть смысл. Я кладу пельмень обратно в коробку и поворачиваюсь к нему, указывая на свой рот.
— Ладно, давай. Засунь кусок сырого мяса мне в рот. — Я замираю. Понял ли Абраксас этот намек? Должно быть, потому что его хмурый взгляд сменяется жестокой, но возбуждающей улыбкой.
— Это мясо тоже добыл не я. У меня здесь мало возможностей, если только я не хочу охотиться на существ на космической станции. — Он не звучит так, будто полностью против… Абраксас указывает хвостом на пельмень. — Ешь, моя самка. Это лишь краткий миг в нашей очень долгой совместной жизни. Однажды мы будем лежать вместе в нашем новом логове и с теплотой вспоминать этот момент прощания.
Я выдыхаю, откидывая волосы с лица. Абраксас звероподобный, дикий, но он также странно поэтичный и склонный к самоанализу. Поверить не могу, что я когда-то ставила эту его черту под сомнение. Улыбка дразнит мои губы, когда я вспоминаю нашу первую встречу: его огромное теневое тело у моего лица, оттянутые губы и обнаженные зубы, и я, кричащая слово «блядь».
— Интересно, что это за мясо? — спрашиваю я, хотя, будем честны, я знала, что лучше не спрашивать.
— Это мясо, выращенное в лаборатории. — Абраксас ворчит и качает головой, возвращаясь к своей еде.
Точно. Мясо, выращенное в лаборатории. Не могу решить, действительно ли это круто или действительно жутко. Неважно.
Еда хороша, компания еще лучше.
— Ты прилетел к звездам ради меня, — шепчу я, лежа на спине рядом с Абраксасом, голая и только что оттраханная. Я вижу усеянное бриллиантами небо за окном, но сейчас оно меня не пугает. Я говорю себе, что сейчас ночь, и что наш вид — это просто ночное небо, а не бесконечный космос, жуткий холод, отсутствие кислорода и черные дыры.
— Самка, я бы отправился за тобой куда угодно, — просто отвечает Абраксас, его тело защитно свернуто вокруг моего, хвост переплетен с моими ногами, его руки обнимают меня, а крылья накинуты, как одеяла. Так легко расслабиться в его объятиях, притвориться, что мы снова на его планете в его логове.
Завтра я выхожу замуж за Рюрика. Я буду трахаться с Рюриком. Я…
Я кладу руку на живот.
— Значит, ты так уверен в своем семени, да? — Я знаю, что уже спрашивала об этом, но никак не могу отпустить эту мысль. Абраксас хочет ребенка. Кажется несправедливым, что он должен потерять этот шанс. Совершенно несправедливо, что я буду спать с кем-то другим. Если бы он делал то же самое, я бы не была так спокойна.