У меня все тело зудит.
Что-то происходит с моим платьем.
Не двигаясь, даже не прикасаясь ко мне, Рюрик забирает нити с подола платья, перенаправляя кружево так, чтобы оно скользило вверх, по моим бедрам, раскрываясь на моей чувствительной киске. Я ахаю и прикусываю нижнюю губу до крови. Он вздыхает со своего места на другом конце комнаты, словно может почуять ее запах. Он заканчивает перестраивать мое кровавое кружево, делая платье немного короче и одаривая меня трусиками, которые сжимают и подпитывают неистовую боль между бедер.
Рюрик, по сути, трахает меня своим кровавым кружевом.
— Я… — Я не знаю, что сказать, поэтому молчу. Просто стою там, пока он все туже обвивает нити вокруг меня, втирая горячее грубое кружево в мои складки и клитор. Я опираюсь рукой о стену, чтобы удержаться на ногах. Мои щеки пылают, и я закрываю глаза. Я слышу, как он водит крыльями, тихий шелест, от которого по спине бегут мурашки.
Феромоны накрывают меня волной, и я кончаю вот так просто. Оргазм бьет меня прямо в низ живота, глаза закатываются, кости обмякают, жар прокатывается по мне очищающим пламенем.
Я почти падаю на пол, но Рюрик успевает подхватить меня.
— Что ты… — начинаю я, когда он прижимает меня к стене, заставляя замолчать поцелуем.
Он все это время ждал, когда я приму его. Я приняла его. Это… моя награда.
Я в абсолютном блаженстве, пока он целует меня. На самом деле, я хотела, чтобы он поцеловал меня несколько недель. Думала о нем случайно, но часто. Связывала любое важное событие с ним. Когда Абраксас умирал, и я думала, как найти кого-то, кто поможет мне спасти его, кого я сразу же представила?
Рюрика.
Я хотела пойти найти Рюрика, чтобы спасти любовь всей своей жизни. Я верила, что он сделает это. И он делает это сейчас. Он чертовски хочет меня, и он не боится позволить себе просто любить меня. Это подарок и для него, и ему это нравится. Как и Коннор, он тоже считает, что нам очень повезло, несмотря на все минусы, которые влечет за собой связь пар.
Потому что оно того стоит.
Оно того стоит, несмотря ни на что. На все что угодно.
Он опускает лицо к моему, прижимаясь лбом к моему. Моя персиковая кожа к черному треугольнику между его глаз. Мои руки находят его волосы, зарываются в них, удерживают его там.
— Три часа? — шепчу я, а затем стону. — Я не хочу ждать три часа.
— Что такое еще три часа? — бормочет Рюрик, утыкаясь лицом мне в шею. Я чувствую, что он улыбается. Он сейчас такой чертовски человечный, это с ума сойти. Мне становится совершенно безразлично, что он такое. Он взрослый. Он разумный. Он мой. Вот и все.
— Ты можешь просто подержать меня здесь? — спрашиваю я, кладя руки на эполеты на его плечах. — Вот так, у стены?
— Я ценю, что ты думала, будто у тебя есть выбор, — дразнит он. — Теперь, когда ты дала мне разрешение, тебе будет непозволительно отказаться от этого.
Я даже не могу на это ответить. Мы действительно просто остаемся в таком положении, так долго, что Аврил и Зеро открывают дверь спальни и застают нас в компрометирующей позе.
— О. — Аврил хихикает, и мне так сильно хочется ударить ее по лицу, что это физическая боль, почти такая же сильная, как та, что пульсирует у меня между ног.
Сегодня я буду трахаться со своим королем. Моя киска сделает его королем. Буквально. Протрахает путь к трону. Мной. Это безумие, но разве это не чистая правда?
— Никогда в наших исследованиях мы не могли найти самку любого вида, которая отвергла бы пару Весталис. У нас даже были ученые, которые покидали нашу сферу деятельности после встречи со своей собственной парой. — Зеро бросает на меня разочарованный взгляд, и теперь я знаю, что мне померещился тот проблеск гордости ранее. — Ты с большим отрывом дольше всех сопротивлялась за всю задокументированную историю — почти за пятьсот лет — изучения Весталис картианской расой.
— Спа… сибо? — Кажется, это был комплимент, на самом деле. Моя ладонь скользит вниз по куртке Рюрика, пальцы подныривают под пояс и слегка тянут на себя.
— Сколько бы нам ни полагалось ждать до свадьбы, — рычит Рюрик, бросая свирепый взгляд через плечо. — Иди и скажи королю и королеве, что время пришло.
— Д-да, Ваше Императорское Высочество. — Аврил отвешивает поспешный, но не лишенный уважения поклон и срывается с места как ошпаренная. Рюрик поворачивается ко мне и улыбается, словно попробовал власть на вкус, и ему это понравилось.