Ю х а н и. Давай начнем!
А а п о. Погоди, брат! Дай и Туомасу взяться за пояс твоих штанов.
Ю х а н и. Пусть берется, пусть берется!
Э р о. Отчего ты, Юхо, зубы скалишь да косишь глаза, будто бык перед плахой? Ох, брат мой! Смотри не осрамись.
А а п о. Все как нельзя лучше. Кто же начнет?
Ю х а н и. Туомас.
Т у о м а с. Нет уж, пусть старший брат.
Ю х а н и. Ну, держись!
Т у о м а с. Постараюсь.
Ю х а н и. Устоишь ли?
Т у о м а с. Постараюсь.
А а п о. Ну?, давай, ребята! Вот так, вот так! Вы боретесь, что божьи воины. У Юхо ухватка, как у самого Иакова, а Туомас стоит «дубом неподвижным».
Э р о. «Внемлет проповедям пышным Аапо — мудреца великого». Но каков Юхо? Узри и устрашись! Уф! Сунь ему теперь хоть стальную спицу в зубы — только хрясь! — и она тут же разломится пополам. Мне страшно, страшно!
А а п о. Самая молодецкая схватка. Только половицы ходят ходуном.
Э р о. Будто педали орга́на. А Туомас, что лесная борона, бороздит ногами пол.
А а п о. Это тебе, брат, не щелчок мизинцем. Эх, черт возьми! Ведись эта борьба вон там, на горе, подковы на каблуках высекали бы искры из скалы.
Э р о. А по лесу разлетались бы настоящие золотые звездочки, и все кругом запылало бы веселым пламенем. А Туомас все еще стоит.
Т у о м а с. Ну, ты уже вдоволь попрыгал?
Ю х а н и. Вали теперь ты.
Т у о м а с. Попробую. Берегись, не то пол завертится.
Э р о. Держись, Юхо!
А а п о. Вот так бросок!
Э р о. Хватил как поленом, как небесным молотом.
Т и м о. И Юхани лежит, будто мешок с солодом.
Э р о. Эх ты, Юсси-паренек!
Т и м о. Да, так он называл себя малышом.
А а п о. Но все же надо бы знать, как швырять парня. Не забывай, Туомас, что человек-то не железный, а из мяса да костей.
Т и м о. Хотя и носит штаны.
Т у о м а с. Я ушиб тебя?
Ю х а н и. Ты себя побереги!
Т у о м а с. Вставай же.
Ю х а н и. И встану и еще покажу тебе молодецкую силу, только давай тягаться на палке. Тут-то мы померимся силой.
Т у о м а с. А ну-ка, Эро, подай палку из угла. Вот она, Юхани.
Ю х а н и. Я готов. А теперь сядем, подошвы к подошвам, и возьмемся за палку!
А а п о. Как только я крикну, сразу же тяните, но чтобы без рывков. А палку держите посередине, как раз над пальцами ног, и ни дюйма в сторону. А ну, ребята!
Т и м о. Ого! Юхо уже приподнимается, только кряхтит.
А а п о. Тут молись не молись — все равно но поможет.
Ю х а н и. Поди нацеди пива, Тимо.
Т и м о. Ты, братец, как будто прихрамываешь?
Ю х а н и. Иди цедить пиво, чертов сын! Слышишь? Или тебе захотелось оплеухи?
Т у о м а с. Никак я тебе ногу ушиб?
Ю х а н и. А тебе-то что? Ты лучше свои лапы побереги. Что из того, что в схватке слетел каблук? Отскочил, будто срезанная кожица у репы. А ты о себе беспокойся. В борьбе-то, видать, ты меня одолеешь да и на палке перетянешь, но давай-ка вот подеремся.
А а п о. Э-э, брат, это не годится.
Ю х а н и. Как не годится? Стоит только нам захотеть.
Т у о м а с. Я не хочу.
Ю х а н и. Боишься!
А а п о. Не забывай, Юхани, что борются только ради потехи.
С и м е о н и. Но эта потеха частенько доводит до драк и убийств.
Ю х а н и. Пускай Туомас победил, но больше-то уж никому не сладить с Юхани! Тут уж я головой ручаюсь и любому из вас готов доказать. А ну-ка, Аапо, давай разочек! Выдержат ли твои штаны? Выдержат?
А а п о. Вот, дурень, разошелся! Ну, хорошо ж, возьмемся как следует.
Ю х а н и. Гром и молния!
А а п о. Да погоди, говорю. Ну, а теперь вали!
Э р о. Ишь, как Юхани отплясывает польку, не беда, что прихрамывает.
Ю х а н и. Что теперь скажешь, братец Аапо?
А а п о. Что лежу под тобой.
Ю х а н и. А ну-ка, следующий! Давай, Симеони.
С и м е о н и. Ни за какие деньги не оскверню я святого праздника.
Ю х а н и. Хвала рождеству! Невинной-то борьбой мы его никак не оскверним, лишь бы было весело да совесть была чиста. Один разочек, Симеони!
С и м е о н и. Зачем ты искушаешь меня?
Ю х а н и. Только разочек!
С и м е о н и. Сатана ты!
А а п о. Оставь ты его в покое, Юхани!
Ю х а н и. Но можно же попробовать. Только вот этак разочек рвануть за пояс!
С и м е о н и. Убирайся в преисподнюю, нечистая сила! Я наперед говорю, что ты одолеешь.
Т у о м а с. А я поверю, когда сам увижу. И у Симеони, по-моему, не телячьи мышцы.
Ю х а н и. Коли так, пусть попробует. Тогда увидим, телячьи мышцы или медвежьи.
А а п о. Оставьте его в покое, пусть выходит другой, кому борьба больше по душе. Брат Тимо, ты ведь у нас храбрец!