Тут примчались собаки, быстро и неслышно, точно две молнии. Когда они подбежали к хищнику, началась яростная возня. Килли заливался лаем у самой медвежьей морды, но все же держался на расстоянии нескольких шагов. А сзади наскакивал Кийски и иногда отваживался даже выхватить зубами клок медвежьей шерсти. Однако, как только медведь поворачивался к нему, Кийски быстро отскакивал в сторону. Наконец, после нескольких неудачных бросков, медведь пустился наутек, преследуемый собаками.
Все это случилось так быстро, что остальные братья даже не подоспели к месту схватки. Юхани и Туомас немедля перезарядили ружья в надежде настигнуть медведя. Тимо тоже поднялся на ноги и с минуту недоуменно озирался вокруг, словно не понимая, где север и откуда дует ветер. Братья отчитали его за глупую отвагу, из-за которой не один из них мог поплатиться жизнью, да и охота, как видно, была испорчена вконец. Тимо, не проронив ни слова, сидел на кочке; он взвел курок и тупой стороной ножа постукивал по бойку, чтоб заострить его. Вскоре братья опять были на ногах, готовые продолжать охоту.
Лай собак все удалялся и скоро почти совсем затих. Братья потеряли всякую надежду догнать свою добычу. Но через минуту лай Килли и Кийски донесся уже отчетливей, все более приближаясь, и стало ясно, что медведь, сделав свой обычный круг, возвращался туда, откуда вышел. Братья заняли удобные места, с ружьями наготове поджидая приближающуюся погоню. На небольшой лужайке стоял Симеони, недалеко от него — Лаури, оба безмолвные и неподвижные, как столбы. Медведь бежал изо всей мочи, так, что гудела земля, и вот уже показалась его разинутая темно-красная пасть. Задыхающийся хищник несся прямо на Симеони. Тот выстрелил, и Мишка Медовая Лапа повалился на траву, но опять вскочил и бросился на стрелка. Тогда пальнул Лаури, все кругом загрохотало, и медведь рухнул к ногам Симеони. Больше он не шевелился, из головы и груди струилась кровь.
Братья мигом окружили зверя. Это был огромный старый медведь. У самого уха голова была пробита пулей, прострелен был и бок. Всем было ясно, что в голову угодила пуля Лаури, потому что зверь с пробитым мозгом валится сразу и больше уже не встает. Довольные, сидели охотники вокруг лохматого исполина, готовясь почтить его кончину глотком водки. Довольные, с гордым видом сидели и собаки возле павшего врага. Вечер выдался пригожий, ветер стих, солнышко катилось за темный лес. И в этот чудесный вечерний час, после жаркой, опасной схватки, братьям было приятно отдохнуть.
Ю х а н и. Первым пускай выпьет Лаури. Он выстрелил как мужчина и угодил в самое лучшее местечко. Мишенька сразу рухнул наземь, будто подкошенная трава. Отхлебни-ка, сын мой, да по-настоящему!
Л а у р и. Уж не выпить ли мне и в самом деле?
Ю х а н и. Тебе же это впервинку, даже вкуса водки не знаешь — точно овечка невинная.
Л а у р и. Вкус-то я знаю, знаю, что от одного глотка беды не будет; но вот каким покажется белый свет во хмелю — этого я и впрямь не знаю.
А а п о. Подумай сначала хорошенько, Лаури. Я бы тебе не советовал, скорее наоборот.
Л а у р и. Пейте все!
А а п о. И будем надеяться, что никогда не втянемся в эту пагубную привычку.
Л а у р и. Что ты тянешь? Пей, коли выдался повод повеселиться.
Ю х а н и. Ведь вот он, наш голубчик! Будто стог! Теперь не одна лошадка и корова уцелеют.
Т и м о. Ручаюсь, что в следующий раз хозяин Виэртола даром преподнесет нам целую бутыль водки, штоф, а то и два.
Ю х а н и. И это будет совсем немного — ведь мы спасли ему целое стадо быков.
А а п о. Быков-то у него хватает — целых сорок голов. Все лето днем и ночью бродят по лесу, а зимой вывозят на поля весь навоз из имения. Но летом, на воле, они почти совсем дичают.
Ю х а н и. Боже упаси попасть им на глаза с собаками! Живо смешают с грязью и охотника и собак. Вспомните, в какую передрягу попал Никкиля с быками в Хонкамяки. Еле-еле спасся, хотя и быков было куда меньше, чем в стаде Виэртолы. А все из-за собак: в таких случаях они всегда жмутся к хозяину. И не миновать бы ему смерти, если б быков в конце концов не остановила луговая изгородь, крепкая как крепостная стена.
А а п о. Держите ухо востро. Мне недавно послышалось оттуда с горы что-то вроде бычьего рева. По-моему, они совсем недалеко. А что там Эро возится у камня?
Э р о. Тут выдра забралась в щель под камнем.
Ю х а н и. Неужели?
Э р о. Наверняка. Под камень ведут следы, а обратных на песке не видать.
А а п о. Покажи-ка следы собакам, и они мигом закрутят хвостами, коли там есть квартиранты.