Погода между тем на удивление точно совпала с прогнозом и действительно выдалась отличной. Воздух был градусов семь ниже нуля и если и пощипывал на скорости лицо Юрию, то женщин с их медленной манерой езды не тревожил вовсе. Солнце светило ярко и весело на ясном насыщенно-голубом небе, до самого горизонта обливая своими лучами развернувшийся перед взорами горнолыжников пейзаж русской индустриальной действительности. Внизу, у подножия, виднелась О-ха, окаймленная железнодорожной линией, а дальше, за лесным массивом, шли пруды-охладители местного алюминиевого завода. Сам завод стоял тут же, своими бордовыми корпусами цехов и чередой длинных дымящихся труб занимая центральное место во всем пейзаже, просматриваясь со склона как на ладони.
Некоторое время Юрий катался один, по обыкновению дожидаясь супругу внизу у подъемника, но еще до обеда к нему присоединился получивший свое снаряжение Завязин, и друзья, оставив женщин, начали ездить вместе.
На горе Завязина, точно так же, как и Юрия, поглощало одно желание — скорее скатиться вниз. Он был новичком, и когда ему удавалось красиво на высокой скорости съехать с горы, испытывал ощущение настоящей победы, упоение от преодоления очередного рубежа — радость новых свершений. В то же время навык езды Завязина оставлял желать лучшего, и, увлекаясь, он иногда уходил в зрелищные продолжительные падения. В такие моменты Юрий помогал товарищу, подбадривая его, объясняя некоторые нюансы или привозя потерянную им наверху лыжу. Сам же никогда не падал и оттого чувствовал себя рядом с Завязиным особенно уверенно. Периодически Юрий останавливался на склоне, дожидался, пока друг спустится пониже, чтобы потом, хорошенечко разогнавшись, эффектно пролететь в считаных метрах от него. С появлением на горе Завязина настроение его заметно улучшилось.
— Давай постоим немного и перекурим, — сойдя с фуникулера на самой вершине, предложил Завязин.
— Я бросил, — ответил Юрий.
— Да ну? И давно?
— Месяц назад.
— Тоже надо бросать, — закуривая сигарету, безрадостно сказал Завязин, но вдруг оживленно обратился к Юрию: — Я тебе про ночных воров не рассказывал?
— Нет.
— Хах-ха, — усмехнулся Завязин. — Решил я тут раз ночью покурить. Ближе к утру уже было, где-то часа три. Выхожу на балкон — на улице темень и тишина гробовая. Вдруг слышу шорох. Присмотрелся, а по балконной решетке два мужика ползут. Аккуратно, тихо-тихо так ноги переставляют и куда-то вверх лезут, меня же не видят. Сначала один, за ним чуть ниже второй. Ну, я подошел поближе и как гаркну: «Вы куда ползете!»
— Ха-ха-ха, — засмеялся Юрий, представив, как разразился в ночной тишине мощный голос друга, который и сейчас-то прозвучал очень звучно.
— Ха-х. Эти голубчики вмиг вниз слетели и бежать в разные стороны. Ну, я проводил их взглядом, посмеялся, закурил сигарету, поднимаю голову, а передо мной две какие-то веревки странные болтаются. Белые, длинные, сантиметров в сорок, с решетки свисают, тогда как только минуту назад их не было вовсе. Я пригляделся, а это сухожилия. Да, ха-ха! — усмехнулся Завязин, увидев изумленное лицо друга. — У одного из этих верхолазов при падении два пальца в решетке защемило и вырвало, вытянув сухожилия от самого локтя.
— И что с этим мужиком случилось?
— Ничего. Я же говорю, что убежали оба… В шоке, наверное, был.
— А ты что?
— Что я? Неделю кошмарами мучился. Думал, в психушку лягу, — иронично сказал Завязин.
— Ха-х-ха, — сдержанно засмеялся Юрий, оценив шутливое замечание друга. — Ну а с пальцами-то что сделал?
— Ничего не делал. Вызвал полицию и рассказал все как было… Ну? Поехали, что ли? — выкинув окурок, обратился к другу Завязин.
— Поехали, — надев очки, рванул вниз Юрий. Только что мимо друзей на сумасшедшей скорости пронесся лыжник в профессиональной форме, со шлемом на голове, с умелыми поставленными движениями тела, и он вдруг испытал жгучее желание пуститься вдогонку, чтобы доказать себе, что не отстанет уж слишком от этого доки.